– Конечно, ничего, чёрт возьми, – негодующе проговорил Доминик.

Сантьяго рядом со мной сопел, его голова была откинута в точности, как и моя немного ранее, а рот приоткрыт. Пару минут назад, я слышал, как кто-то перегнулся через сидения и пытался подшутить над ним, после чего послышался громкий удар, который предполагал, что Сантьяго ударил по руке шутника.

Я был уверен, что это был Доминик. Им было опасно находиться так близко, потому что их эго собирались побороться за первое место на Олимпе Дебилов.

Я достал свой телефон и совершил обещанное. Имя Джулии высветилось на экране, и я приложил экран к уху, дожидаясь её ответа. Она почти сразу же подняла трубку и спросила:

– Кто это?

Я нахмурил брови.

Разве у неё не было моего номера телефона?

– Муж.

Джулия резко вздохнула, как будто до этого задержала дыхание, а затем облегчённо выдохнула.

– Что это за номер? С вами всё в порядке?

Я убрал телефон от уха и посмотрел на него. Чёрт, я позвонил ей с рабочего, которым пользовался только для переговоров с солдатами Ндрангеты и людьми, важными для бизнеса.

В моей голове возник вопрос… Откуда её номер был здесь? Я не вписал сюда даже Кристиана, Доминика и Сантьяго, потому что звонил им с обычного сотового.

Моя память стала меня подводить.

– Себастьян? – послышался тоненький голос на другом конце линии.

Я опять приложил телефон к уху, чтобы полноценно слышать её голос.

– Мы в порядке, Джулия.

И, как только её имя слетело с моих уст, все присутствующие в машине обратили своё внимание на меня. Доминик, с непонимающим выражением лица, вылез из-за своего сидения и убивал меня карими глазами. Кристиан вернул взгляд на дорогу, когда наши глаза на миллисекунду успели встретиться в зеркале. А Сантьяго, резко забывшей о своём сне, подпрыгнул на месте и выглядел, как возбужденная макака, которая собралась отобрать у меня мой «банан».

– Включи видео, – попросила она, но мне показалось я услышал нотки приказа в её словах. – Я хочу видеть вас.

Я сразу сделал, как она велела, и наши лица встретились на экране смартфона. Волосы Джулии были распущены и завиты в её привычные локоны, тонкие бретельки летнего платья открывали мне вид на её выпирающие ключицы и отсутствие кулона-солнца, которое она носила, когда была моложе.

Девушка волнительно разглядывала моё лицо, словно думала, что я лгал ей насчет нашего состояния. Я мог сделать это позже, после встречи с Каморристами, потому что не знал, сработает ли наш план. Но Джулию было не провести. Я был уверен, что позже она попросит меня прислать ей фотографии каждого из нас в полный рост, чтобы знать, что наши конечности всё ещё были на месте.

– Джулия, – сказал Доминик, махнув рукой, чтобы я повернул телефон в сторону его лица. – Аврора с вами?

Я не отдал ему сотовый, но позволил сестре смотреть на брата.

– Конечно, – подтвердила она.

– Тогда почему она не отвечает мне? – не унимался он.

Доминик был одержим безопасностью, комфортом и счастьем своей жены. Не думаю, что мысли о ней хотя бы на секунду выходили из его головы. Аврора владела его разумом.

– Она… – девушка замолчала, не договорив.

– Что?!

Я не знаю, как выглядело лицо Джулии, но оно явно говорило Доминику всё, что он хотел знать. Он с силой толкнул Кристиана в плечо и тот ударился о дверь. Из него вырвался хриплый смех.

– Она спасла тебя от гнева твоей жены, – попытался вразумить его он. – Чем дольше ты будешь не договаривать ей, тем больнее ей будет узнавать правду.

Доминик покачал головой.

Его самого тошнило от идеи лгать Авроре, но я не думал, что был согласен со своим братом. Аврора пережила достаточно, и постоянные напоминания о поиске её «отца» возвращали бы её во времена, когда она была не защищена. Мужчина старался отгородить её от прошлого и скорее заставить всех расплатиться за все грехи, высеченные на её теле и душе.

Мы все собирались это сделать.

– Что она делает? – виновато спросил Доминик.

– Эээ, – я слышал тихие шаги, а затем скрип двери, после чего Джулия наконец ответила. – Кая пытается не свалиться с дивана, пока Аврора уничтожает подушку, которую та держит, своими кулаками.

Мужчина тяжело вздохнул.

– Я готов добровольно стать её подушкой для битья, лишь бы она не злилась на меня.

– Тебе придётся, – исправила Джулия, и Сантьяго рядом со мной прыснул от смеха.

А затем вырвал телефон из моих рук и забился в угол сидения. Я зло посмотрел на него, но он не обратил на меня ни капли своего внимания. Его солнцезащитные очки сползли вниз по носу. Лицо исказилось в гримасе.

– Bambino! [с итал. малыш/малышка] – на всю машину взмолился он. – Забери меня отсюда!

Джулия начала громко смеяться в ответ на его слова, и я бы хотел видеть выражение её лица. Она никогда не смеялась так для меня. Хотя я и не шутил для неё. Если бы я умел…