Берег Доминики было видно издалека, почти что от самого Сен-Пьера, погода стояла на удивление ясная и солнечная для этого времени года, и ничего не мешало нам заниматься починкой бригантины. Я, впрочем, почти не принимал участия, предоставив нашему плотнику Дюбуа карт-бланш и возможность принимать любые решения, не согласовывая со мной. Я всё равно ничего не смыслил в судостроении, в отличие от местных моряков.

Я, впрочем, тоже не бездельничал, а занимался полезными делами, снова обучая Андре-Луи урезанной школьной программе. Парнишка быстро схватывал, понимая, что другой возможности научиться чему-то не будет, а знания наверняка пригодятся. Сам тянулся к знаниям, в отличие от современных лоботрясов. Вот только в самый разгар урока нас снова отвлекли.

— Капитан, там парус на горизонте! — вахтенный постучал и крикнул из-за двери каюты.

Пришлось оставить юнгу в каюте, решать задачки, а самому идти и разбираться, в чём дело.

— Ну и что? — хмыкнул я, выйдя на палубу. — Тут сколько портов рядом, кораблей, как мух на лепёшке.

— Так этот за нами прётся, — сказал матрос. — Уже пару часов.

— Что за корабль? — спросил я, извлекая подзорную трубу из футляра. — Чей?

— Непонятно, — пожал плечами матрос.

— Ладно, сейчас разберёмся, — буркнул я, поднимаясь на корму.

Нас преследовал какой-то бриг без флага или каких-нибудь опознавательных знаков. Держался примерно на одном и том же расстоянии, то ли из-за того, что не мог идти ещё быстрее, то ли намеренно. Но в подзорную трубу было видно, что нас тоже пристально разглядывают. Стало немного не по себе, неприятное ощущение пробежало вдоль позвоночника.

Нет, мы могли бы принять бой, если это кто-то враждебный, но «Поцелуй Фортуны» ещё не был готов. Возможно, кто-то в гавани Сен-Пьера увидел наш скорбный вид и решил, что мы представляем собой лёгкую добычу. Наивное дурачьё. Даже в таком состоянии бригантина может неплохо огрызнуться.

— Ну и чего вам надо? — риторически вздохнул я, вглядываясь в обводы незнакомого корабля.

— По хлебалу получить захотели, — отозвался Шон, стоящий за штурвалом.

— Похоже на то, — согласился я. — Ты в гавани их не видал, случаем?

— Вроде нет. Там много кого было, мог и не заметить, или внимания не обратить, — сказал ирландец.

— Вот и я не припомню. Но выглядит так, будто от самого Сен-Пьера за нами тащится, — сказал я. — Дюбуа! Заканчивайте на сегодня. Крепите всё, похоже, будет бой.

— Есть! — отозвался плотник, прохаживающийся по палубе. — Слышали, чего капитан сказал? Нам, похоже, сейчас другой работёнки подвезут.

— Чёрный флаг поднять! — приказал я. — Может, сам смоется.

Чёрное полотнище с белым черепом взвилось над мачтой, развернулось на ветру. Я пристально наблюдал за вражеским бригом. В том, что он вражеский, я уже нисколько не сомневался. На бриге только прибавили парусов.

— Свистать всех наверх, заряжайте пушки, выдавайте оружие. Похоже, кто-то хочет огрести по наглой английской морде, — сказал я.

— Думаешь, англичане? — спросил Шон.

— Скорее всего, — пожал плечами я. — Испанцы сюда не суются. А союзнички вряд ли стали бы нас преследовать, они бы скорее задержали нас прямо в порту.

— Логично, — признал Шон.

Отдыхающие вахты подняли, бригантину стали готовить к бою, закрепляя всё, что не приколочено. Неизвестный враг понемногу начинал догонять, и мне было несколько непривычно находиться в роли жертвы, а не охотника. Ну ничего, скоро всё поменяется.

Бриг даже не пытался ничего просигналить флажками, просто бульдозером пёр на нас, очевидно, с самыми недобрыми намерениями. Как только он оказался в зоне досягаемости наших пушек, я приказал открыть огонь, и ретирадные орудия выплюнули по ядру каждое. Одно ядро плеснуло где-то чуть левее, второе сбило бригу носовую фигуру в виде какой-то хищной птицы, и флибустьеры радостно завопили, празднуя удачный выстрел.

В ответ выстрелили тоже, но, похоже, пушки на бриге были послабей наших, или канониры пожалели пороху, но оба ядра упали в воду далеко за нашей кормой. Значит, у нас было явное преимущество, и я ожидал, что капитан брига оставит эту дурацкую затею, но наше попадание их, наверное, только раззадорило. Меня бы подобный жест точно бы только разозлил.

Поэтому корабль упрямо плёлся за нами, метр за метром сокращая дистанцию. Наши пушкари стабильно, как часы с кукушкой, каждые две минуты вколачивали ядра в противника, тот тоже начал огрызаться, как только подобрался чуть ближе. На излёте и наши, и его ядра особой опасности для кораблей не представляли, так что самым опасным было бы, если ядро попадёт в человека. Или если какая-нибудь щепка выбьет кому-нибудь глаз.

Но так не могло продолжаться бесконечно, и пора было уже переходить к решительным действиям.

— Мистер Келли! Поворачивайте корабль! Встретим его из всех орудий, — приказал я. — Правый борт! Готовьсь! Цельсь! Пли!

Глава 36

«Поцелуй Фортуны» начал поворот, и на бриге это заметили. Чтобы не подставляться под продольный залп, который мог за одно мгновение снести им весь такелаж, капитан брига тоже приказал поворачивать, подставляя нам свой правый борт. Артиллерийский залп прогремел над волнами, несколько ядер врезались в корпус брига, вздымая фонтаны пыли и щепок, чей-то истошный вопль напомнил мне вой раненого зверя. Сейчас полетит ответка.