Идей, где искать выход, у меня не было. Тогда займёмся самым буддоугодным делом — сядем в позу лотоса и будем самосовершенствоваться. Буддоугодное дело оказалось невероятно скучным и бесполезным, но лучшее времяпрепровождение найти не удавалось. Солнце склонилось за горизонт, и я уже надеялся просто уснуть, но тут появилась новая проблема.

С: Уровень сытости персонажа менее 5 %. Регенерация очков жизни и маны остановлена. Вас мучает чувство голода.

И каждую минуту в животе ненадолго стала появляться неприятная сосущая боль, которая не давала расслабиться и уснуть. Когда сытость скатилась до нуля, начала скачками убывать бодрость. И не просто начала убывать, а начало уменьшаться максимальное значение, сокращая текущий её запас. Когда верхняя граница опустилось до пяти единиц, эта боль стала пульсировать постоянно, а вместо бодрости начало убывать здоровье, опустившись до одной единицы. Мне повезло — первый же удар головой об Объект 7867hG78nbU230 вернул мне сто процентов сытости, а с ними и душевное спокойствие. И, наконец, я смог уснуть.

Утреннее солнце вырвало из сладкого забытья, и очень скоро стало понятно, что если так и дальше сидеть и любоваться на небо в клеточку, то я просто сойду с ума. И это очень даже реальная перспектива. Не всем дано пережить в здравом уме одиночное заточение, а учитывая необщительность моего соседа, заточение вполне можно было считать одиночным. Так что пришлось выбирать развлечения из нехитрого списка. Для начала решил ещё раз проведать сокамерника. Качать истинное зрение не хотелось, и я побежал. С моим запасом здоровья вслепую я не осилил и половины пути.

С: Удар камнем. Получен урон 5 ОЖ.

С: Вы погибли. Потеряно опыта — 0. Возрождение на точке привязки через 5 секунд.

Парочка удачно вывернутых камней на пути, пара громких упоминаний матери разработчика этой локации, и я снова стою на том же месте, греясь в лучах солнца. И это не считая того, что три раза за это время, у меня заканчивались очки бодрости, и приходилось останавливаться и ждать их восстановления. Удары незащищённой головой о балки и босыми ногами о камни были на редкость болезненными, но главное было — задаться целью, двигаться в её направлении и чувствовать динамику. И я бежал… к заходу солнца я сумел уже в третий раз добежать до противоположного конца коридора и получить заветную награду:

С: Вас атаковал Исчадие Тёмных гор.

С: Удар лапкой. Получен урон 3 000 000 ОЖ.

С: Вы погибли. Потеряно опыта 0. Возрождение на точке привязки через 5 секунд.

Говорят, от боли тоже можно лишиться рассудка, но всё же она была не такая сильная, да и человек — существо, которое ко всему привыкает. А кроме боли было получено ещё и плюс три к выносливости и плюс два к ловкости. Жаль только, что к очкам ловкости не приложили ещё и несколько очков красноречия — за три минуты кучерявой нелитературной словесности.

Истинное зрение тоже понемногу двигалось и теперь охватывало до четырёх метров, увеличив время действия до полутора секунд. Да и срабатывать стало чаще. Так что под конец дня пришлось меньше биться об камни, а больше качать ловкость, перескакивая через препятствия. Глядя на заходящее солнце, заглянул в характеристики:

Характеристики:

Ловкость: 3.

Выносливость: 4.

Очки бодрости: 40/40.

Истинное зрение: уровень 3.

Идентификация: уровень 4.

Поморщился. Мало. Завтра надо сделать больше. И закрыл глаза.

За время сна сытость упала до пяти процентов. Наверно, во сне проголодаться сильнее невозможно, потому что проспал я всё тёмное время суток, а днём, по крайней мере при постоянных физических нагрузках, 95 % сытости улетали максимум за три-четыре часа. Не желая идти на новые подвиги без завтрака, быстренько совершил утренний суицид о ненавистный «Объект» и пошёл на пробежку.

Истинное зрение стало срабатывать достаточно часто, несмотря на то что я был в движении и не отвлекался на расслабление и концентрацию. Хотя при беге способность помогала мало, сам факт прогресса радовал. И заметил ещё одно, но уже менее приятное свойство способности — при беге с закрытыми глазами, когда работало истинное зрение, бодрость расходовалась вдвое быстрее, чем при беге с открытыми глазами в полной темноте. Так что садиться на пол с нулевой бодростью я реже не стал.

Развлечение было однообразным, но всё же то «Удар камнем, удар балкой, удар камнем, удар лапкой», то «Удар балкой, удар камнем, удар камнем, удар лапкой», а то и вовсе «Удар камнем, удар балкой, удар камнем, удар камнем». Разнообразие! Наверно, нечто подобное чувствовала голова профессора Доуэля в одноимённом романе.

На исходе дня, в очередной раз проносясь по тёмному коридору, внезапно остановился на середине пути. Просто поднял ногу и не решился перенести её вперёд, отклоняясь назад всем телом, гася инерцию. В это же самое время над головой что-то гулко треснуло, и перед самым носом на пол рухнула балка, придавленная здоровенным каменным блоком.