— Может, проверим? — с сомнением спросил я.

— Тебе, Вано, не хватило геройства, что ли? — удивился здоровяк, даже отвлёкшись от работы. — Ты уж лучше не лезь во всё, что вокруг происходит! Намжал говорит, даже если на них попрут — его группа отобьётся. А людям надо верить!

— Я им верю, — кивнул я. — Но проверять не забываю… Впрочем, ты прав. Мы своё на ближайшие дни отгеройствовали.

Нельзя объять необъятное. Нельзя получить всё и сразу. Мы выполнили задание Кукушкина. А ещё добыли много мяса и шкур. И привезём в Алтарное яйца ворюги, который камень отжимал. Ну, ладно… Не совсем яйца. То, что мы из него извлекли, наверно, было детородными органами. И даже, скорее всего, мужскими. Но это, боюсь, неточно.

В любом случае, всё вышло как нельзя лучше. А мы — как ни крути, не герои какой-нибудь книги, чтобы напролом лезть в очередное опасное приключение, не выбравшись из первого. Над нами, к счастью, никакой автор-графоман не властен, так что можем и дальше жить спокойно. Черепах седлать, с бестиями воевать — ну и за гигантскими крокодилами охотиться… В общем, нормальная и почти цивилизованная жизнь.

Хотя признаюсь, мысль отжать винтовки у неких, возможно, нехороших людей — меня всё ещё посещала. Вот только сначала надо было передохнуть, зафиксировать прибыль, укрепиться в Алтарном…

— Вано, а ты за солью не сходишь? — неожиданно спросил Дунай и тут же ухмыльнулся. — О! У меня дежавю!.. А ведь это уже было.

— Точно! — согласился я. — На первой охоте. Мне тогда ещё со Шрамом пришлось соль искать…

— Ну в этот раз искать не надо! Намжал сказал, где брать. Ну так что? — уточнил Дунай, вытирая пот.

— Кого из наших забрать можно? — спросил я.

— Бери Трибэ и Мелкого! Они и так везде с тобой ходят, — предложил Дунай. — Мелкий всё равно только мясо в посёлок таскает. А Трибэ даже идти сюда не хочет. Говорит, что видеть этого крокодиллу не может.

— Соль я тогда сразу в посёлок притащу, — решил я. — Вы как, с разделкой управитесь к вечеру?

— Должны, — вздохнул Дунай. — Часть мяса вонючая, на готовку не пойдёт…

— Дунай, ты про моё пищевое производство в капсуле забыл? — удивился я. — Там можно и вонючее использовать. Всё равно вычистит!

— А, ну да, забыл… Тогда ещё день провозимся! — быстро подсчитал он в уме. — В этом случае всё, получается, берём. Мясо, кости, сухожилия…

— Всё берём! — кивнул я. — И набери себе ещё помощников. Нельзя это целых два дня разделывать. Надо за сутки успеть.

— Ладно… Возьму, — кивнул Дунай.

На том мы с ним и расстались. Я взял Мелкого и Трибэ, а затем, не откладывая дело в долгий ящик, сходил к тому самому месторождению. Мы набрали и на шкуры, и в запас. Соль — всё-таки штука ценная, даже неочищенная. Всегда пригодится.

Дневник Листова И.А.

День сороковой. В конце путидомой.

И, конечно же, ни с плотами, ни с разделкой никто в срок не успел. С крокодиллой заканчивали уже ночью, при свете факелов. А раз мы решили брать всё, включая более или менее нормальные кости — то и плотов пришлось делать больше.

Их мастерили весь следующий день. И даже ночь. Обе группы. И вместе загружали. У посёлка Намжала целая флотилия образовалась — из пяти крупных загруженных плотов. Зато я наконец-то увидел и запомнил, как их делают. Секрет плавучести оказался прост.

Неподалёку от посёлка росла целая роща деревьев, которые, как земной бамбук, делились на сегменты. Вот эти-то сегменты и вырезались под бочки. Очень удобно. И главное — я видел что-то похожее на этот «бамбук» ниже по течению, почти рядом с Алтарным.

Из сегмента нужно было для начала слить сок — водянистый и, как сказали местные, в пищу непригодный. А потом подсушить и замазать отверстие глиной. И всё, бочка готова. Для плота сойдёт!

Для хозяйства этот «бамбук» использовали ещё проще. Делали круглый спил со стволов подходящего размера. Этот спил можно было вставить в трубку «бамбука» — либо в качестве крышки, либо в качестве донышка. Сложность заключалась лишь в том, чтобы правильно подобрать диаметр.

В Алтарное с нами отправился Пила, один из жителей посёлка каменотёсов. Плыл он в паре с Дунаем. И, кажется, они даже нашли общий язык.

Утром тридцать девятого дня наша флотилия отчалила и пошла вниз по течению. Каждым плотом управляли два человека. Один постоянно рулил длинным шестом, а другой иногда помогал веслом. А ещё на каждый плот посадили по бестии или волку. Все вместе они бы точно перевернули своё плавсредство, а когда по одному — даже и не слишком напряжно. Без собратьев вели они себя на удивление спокойно. Никого не задирали, дурью не маялись, в воду не лезли.

Вот только зверюга, плывшая на нашем плоту, излучала уныние и грусть. Всё потому, что ко мне навязался Русый. А ему явно претила спокойная жизнь. Кажется, он считал, что каждую минуту, каждый час и каждый день надо тратить не зря. А не зря — это, видимо, совершать что-то глупое, бессмысленное и смешное. Ну а тут такая незадача!..