— И в чём это выражается? — вступил в разговор Драгис, помогая Анджелике протиснуться сквозь разрез, который оказался для неё узковат.

— Любая тварь, как разумная, так и нет, — терпеливо пояснил падре Микаэль, — получив болезненное повреждение, сознательно или бессознательно бережёт больное место. Миры же, в противоположность этому, частенько, словно чувствуя угрозу вторжения, поворачиваются к тому, кто ломится в их пределы именно тем самым боком, который уже подвергался прободению. Есть мнение, что таким образом делается попытка сохранить оставшиеся «бока» целыми.

— Но ведь мы уходили отсюда не через ферму! — резонно заметила Анджелика, не слишком изящно перевалившись через грань миров.

— Возможно, тот путь запечатан, — предположил падре Микаэль. — Даже, скорее всего, запечатан. А через этот сеньор Драгис попал сюда после разрыва формуляра возвращения… Глядите!

Он указал рукой в ту сторону, куда уже давно отчаянно махала крыльями Мегги, пытаясь привлечь общее внимание. И тут все, словно пробудившись от сна, увидели огромный, освещённый множеством огней, горд.

Да, это был тот самый город, который они покинули тогда, вынесенные сквозняком через межпространственную дверь, в то время как у них под ногами разваливался словно карточный домик, гигантский небоскрёб «Пирамида». Это был он, тот самый город… Но он ли это был?

И те, кто прожил в этом городе весьма напряжённые годы своей жизни, и те, кто видел его мельком, сразу почувствовали разницу между тем, что было тогда и тем, что предстало перед ними сейчас. Во-первых, огней в этом городе было больше, чем тогда, когда они его покинули. Не просто больше, а во много раз больше! Раз в десять, а то и в двадцать. Во-вторых, сам город, как будто вырос. Не столько вширь, хоть это тоже имело место, сколько в высоту. Если раньше крыши его небоскрёбов утопали в облаках, то теперь облака исчезли, зато казалось, что наиболее высокие строения способны задеть своими макушками звёзды! И, в-третьих — среди этих циклопических исполинов возвышался во всём своём мрачном великолепии, монстроподобный гигант «Пирамида», целый и невредимый!

— Этого не может быть, — пробормотал профессор Прыск, протирая свои очки, словно это способно было исправить какую-то погрешность в его восприятии реальности.

— Чего именно не может быть, по-вашему? — ехидно заметил Дульери.

— Он же рухнул, в прошлый раз! Ну, когда мы… — ошарашено, проговорил Драся.

— А я-то ещё считал драконов умными существами! — с триумфом в голосе воскликнул мафиозный дон. — Сами давеча распинались по поводу несовпадения времени в разных мирах, а теперь тормозим, когда речь заходит о подобных явлениях? А, между тем, всё просто! Пока мы были там, здесь прошло достаточно времени, чтобы отстроить «Пирамиду» заново. И не только её, как я вижу.

— Поправьте меня, если я ошибаюсь! — в тон ему произнесла Анджелика, любуясь своим перламутровым маникюром. — Это вовсе не такие уж хороши новости для вас, дон Дульери?

Дуля сначала моргнул пару раз своими круглыми глазами, а потом озадаченно нахмурился.

— Ха! — радостно воскликнул Фиг, указывая на брата пальцем. — Попробуй теперь стать здесь главой мафии! Твоё место давно занято, братец! А может быть здешнее общество теперь настолько совершенно, что вспоминает о мафии, как о чём-то древнем, примитивном, вроде первобытно — общинного строя?

Дульери ничего не ответил на это и только гордо задрал нос, сложив на груди свои маленькие ручки.

— Знаете, господа, — проговорил профессор Прыск с многозначительной задумчивостью, — ваши предположения весьма остроумны, но пока что рано делать какие-либо выводы. Меня больше волнует то, что наш переход в этот мир прошёл слишком гладко!

— Разрез! — воскликнул Мик испуганно. — Мы забыли закрыть его!

Все в ужасе оглянулись.

«Шмяк!» «Шмяк, шмяк!» — раздалось за их спинами и в лучах, опускающегося за горизонт солнца, они увидели вертикальный проход между мирами, на котором возникали горизонтальные клёпки. Ещё миг и видение разреза словно растаяло в воздухе.

— Феноменально! — воскликнул профессор Прыск. — Но всё же я…

Договорить он не успел, внезапно налетевший вихрь, заставил его захлебнуться собственными словами, а затем подхватил, закружил и понёс беспомощное розовое тельце! Драгис рванулся было спасать учёного чудака, но сам был сбит с ног ураганным дыханием, и спасся только благодаря, наступившей на него, Анджелике.

— Что?.. Что это такое?! — выдохнула Мегги, когда всё кончилось.

— Не знаю! — честно признался Мик, вылезая из-под её крыла. — Сам вижу такое впервые.

— Приятно видеть слабость того, кого презираешь! — заявил дон Дульери, появляясь оттуда же.

— Кто-то соскучился по хорошей зуботычине? — процедил сквозь зубы Фиг, но закончить свою мысль не успел.

— Ой, ребята, что это! — вдруг вскрикнула Анджелика, забыв приподнять лапу с полураздавленного возлюбленного. — Что с вами? Посмотрите друг на друга!

— Опя-ать!!! — взревел Бык, вставая на ноги и ощупывая руками свою рогатую голову. — Ну почему я снова… Быкович!