Такой мазохистский набор для любителей потрахаться с шурупами, как следует, прилагается везде, где можно, к набору любой советской мебели.

Гвоздодер мне тоже понадобится, чтобы снова немного расшатать крепеж на замке той двери, по которой я могу спуститься безо всяких проблем в отдаленный от места торговли двор. И еще, возможно, поможет мне справиться с ручками, если я собью уже и так забитые шлицы на шурупах полностью.

Еще фонарик мне нужен, как всегда, чтобы работать в почти полной темноте, когда закрою дверь в подъезд или на чердачной площадке.

Зато, свой боевой дрын я нашел валяющимся около спуска в подвал, закатившимся за ступеньки лестницы.

Даже прослезился, когда рассмотрел и достал верного моего спутника из темноты подвала.

Сколько мы уже вместе пережили, и разбитую голову борзого гопника, и попытку вырвать дверь сильно могучим сержантом и, так же, последующее его ранение острым краем скобяного изделия, теперь надежно прикрученного обратно к полотну двери.

Прошли все это вместе и только потом расстались, причем, дрын прикрывал мой отход до самого конца, как храбрый смертник прикрывает отход партизанского отряда от явно превосходящих сил гитлеровцев.

Теперь я с ним не расстанусь, на замену ему вырежу новую палку, а этот боевой товарищ и дальше будет путешествовать со мной по жизни. Займет достойное место на балконе со временем.

Его выдернули из двери и торопливо бросили рядом, пропуская родную милицию при исполнении в подъезд, потом запасливый дворник прибрал его для себя, вероятно, для будущей ручки на метлу.

Ничего лучше такого помощника мне в голову быстро не приходит, хотя, нужно помнить, что теперь органы правопорядка тупить не будут и сразу начнут стучаться в окна первых этажей, поднимая жильцов на помощь советской милиции.

Поэтому, удирать придется сразу же, не рискуя собирать брошенное добро братьев по несчастью.

Впрочем, теперь в том дворе у меня осталась только одна возможность исчезнуть из сита облавы, еще один раз воспользоваться подготовленным путем эвакуации. Третий раз уже не получится, кажется мне.

Наверняка, милиция расспросила подробно задержанных про такого невысокого паренька.

Который с ними торговал и еще умудрился стащить часть брошенного добра, которое так же интересует органы, как уже своя законная добыча.

Уж именно пропавшим добром они точно заинтересуются, просто сбежавший спекулянт сам по себе не так им нужен, как с прикарманенным добром на кармане.

Кто-то точно про меня расскажет, те же мужики-конкуренты или любой из задержанных, кому требуется особое отношение от милиции.

Да и серьезно пострадавший сержант Абросимов меня разыскивает между делом, как я думаю, до сих пор, как и его начальник, лейтенант.

И гопники не забыли мою внешность, если мужики-конкуренты окажутся снова рядом, стоит ждать от них проблем в тот же день.

За эту пару месяцев моего полного отсутствия розыскной пыл у сержанта и гопников с Рижского проспекта угас немного, однако, вполне возможно, они попросили спекулянтов сигнализировать, если я снова появлюсь. Нашему брату-спекулянту такое внимание и поддержка от органов правопорядка всегда требуется, как воздух.

Гопники могут получить инфу только от своих подельников, как я надеюсь. Не будет мужиков на толкучке, не появятся и гопники с арматурой за спиной.

Все равно, где еще продавать свои и трофейные книги в солидном количестве — больше я таких уловистых мест не знаю, поэтому рассчитываю торговать именно около приготовленного подъезда, в полной готовности к исчезновению.

Ага, уже книги от барыги с Ульянки считаю своими. Хорошо я так вжился в роль Робин Гуда наоборот — отнимаю у богатых и оставляю себе. Ну, не совсем наоборот, где-то на половину только.

Впрочем, думаю и настоящий Робин из Локсли действовал именно так же, чтобы там не рассказывали в наивных английских балладах про доброго разбойника. Просто хранил наворованное и награбленное среди простого народа, вот тому и перепадало кое-что из добра время от времени.

Как приехал домой, сразу же позвонил Юленьке, Стасу и Жеке, договорился встретиться с приятелями и потом с девушкой около ее подъезда.

— Чувствую, получу я отлуп от подруги, судя по ее холодному и недоуменному тону. Бросил меня и еще чего-то хочешь, типа? — подумал я и полез отмокать в ванну, первый раз за полтора месяца. Ходил пару раз в деревенскую баню по-черному и купался каждый день, даже с мылом обязательно перед свиданиями на берегу.

Еще бы желательно сходить в парикмахерскую, потом постричь ногти на руках и ногах получше, чем я мог делать это в деревне.

В парикмахерскую успел, обкорнали меня под канадку и отправили гулять.