Яку помедлил с ответом.

– Я выполнил задание на Большом канале быстрее, чем предполагал, господин Сёнто. Так как я не получил пока нового приказа, то надеялся предложить свои услуги вашей армии. Для меня было бы честью служить вместе с такими офицерами.

– Эта новость лучше, чем я ожидал, генерал. Для меня честь получить такого офицера. – Сёнто широко улыбнулся. – Если вы действительно собираетесь так поступить, Катта-сум, я буду рад поделиться информацией о сложившемся положении.

Яку ничего не сказал, но приготовился слушать.

– Сегодня утром я закончил составление подробного отчета Императору, где детально описал ситуацию в Сэй. Хотя этот доклад предназначен только для глаз нашего Императора, полагаю, что могу говорить с вами конфиденциально как с командующим императорской гвардией.

Как вам, конечно, известно, существуют разногласия между знатью Сэй относительно варваров, их намерений и численности. Среди сторонников обеих точек зрения есть уважаемые, умудренные опытом люди. Как вы понимаете, поэтому трудно прийти к соглашению. Я всегда считал, что прямой образ действий – наилучший, когда это возможно. Мы решили отправить в пустыню людей, чтобы разведать все, что можно.

Единственные, кто может беспрепятственно перейти северную границу, – это странствующие братья-ботаисты. Итак, брат Суйюн и господин Комавара, переодетый монахом, отправились в пустыню. Может, вы расскажете эту историю, господин Комавара.

Молодой господин кратко изложил историю путешествия в пустыню, не упомянув о проводнике Каламе, культе Дракона и увиденном святилище. Сёнто неотрывно следил за выражением лица Яку Катты. Комавара закончил и поклонился Сёнто.

– Прошу, генерал, – сказал Сёнто, – надеюсь, и господин Комавара, и брат Суйюн ответят на все ваши вопросы.

– Мне нужно услышать все до конца, господин Сёнто. Прошу вас, продолжайте. Очень интригующее повествование.

Сёнто сделал большой глоток вина, будто рассказ о пустыне вызвал у него жажду.

– Как видите, генерал, сейчас я больше озабочен ситуацией на севере, чем тогда, когда был на Большом канале. – Он покачал головой, затем посмотрел на Яку и встретился с ним глазами. – Генерал Яку, вы знаете что-нибудь о культе Дракона у варваров?

Сёнто заметил, что Яку на мгновение удивился.

– Ничего не слышал, хотя поклонение Дракону довольно распространено в нашей Империи, господин правитель.

– Гм… – Сёнто в задумчивости посмотрел вокруг. – Возможно, это все объясняет. – После паузы он продолжил: – Думаю, что скоро мы столкнемся с угрозой, какой не видели со времен Императора Хири. И эта угроза коснется не только Сэй. Несмотря на то что мужчины Сэй храбрецы, их мало. Чума уничтожила почти целое поколение. Ситуация осложняется и кое-чем другим. Я считаю, что набеги варваров осуществляются по чьему-то замыслу и этот кто-то – из нашей Империи. О целях можно только догадываться, поэтому мы не можем до конца понять, что нам грозит. Потом может быть поздно. – Сёнто замолчал и выжидающе посмотрел на Яку. – Я надеялся, генерал, что вы проясните происходящее.

Яку сел очень прямо и проговорил:

– Господин Сёнто, вы почти сказали, что я изменник. «Осторожно, генерал, – подумал правитель, – ты говоришь с господином Сёнто. Я могу обвинить, кого сочту нужным».

Он кивнул Каму, а тот подал знак невидимым помощникам. Ширма отодвинулась, и вошли два бывших воина из армии Хадзивары. Теперь они были в форме Дома Комавара. Они внесли черный с железными обручами кованый сундук и поставили перед возвышением правителя. Получив разрешение господина, солдаты высыпали содержимое на пол перед командующим императорской стражей. Золото хлынуло потоком, сверкая в свете ламп. Выкуп Императора в золотых монетах!

Стражники Комавары отступили, и вошел еще один человек. Это был Калам в одежде варвара. Он сел между господином Комаварой и братом Суй юном.

Когда Яку оторвал взгляд от богатства, рассыпанного у ног, лицо его изменилось. Возможно, так повлиял свет, отраженный монетами, но лицо сделалось бледным, а черты его заострились. Он начал было говорить, но замолчал при появлении варвара.

Господин Сёнто поймал взгляд Тигра Яку. «Теперь тебе интересно, что я знаю на самом деле, – подумал Сёнто. – Ты хочешь понять, знаю ли я о твоей роли в заговоре нашего возлюбленного Императора».

– К середине лета, – начал Сёнто твердым голосом, – Империя Ва будет разорена армией невиданной численности. Все, чего мы добились, будет полностью уничтожено. Все, что имеет значение в жизни генерала Яку Катты, станет бессмысленным. Все, что вы цените – семья, ваша служба, любовницы, поместья, – все будет принадлежать хану, усевшемуся на трон Империи Ва. Все, оставшееся от вашей жизни, он разделит между своими офицерами и вождями. – Сёнто сделал паузу, желая добиться эффекта. – Акан-цу, – продолжал Сёнто, не используя титула, – не понимает, что сделал. В безумном стремлении свергнуть Дом Сёнто он уничтожит Империю и покроет в веках позором имя Ямаку. Я готов снарядить отряд, чтобы вы, генерал Яку, смогли своими глазами увидеть то, что видели господин Комавара и брат Суйюн. Я не буду тратить время на то, чтобы убедить вас в реальности угрозы со стороны варваров. Если мы не получим поддержку до наступления весны, то не сможем противостоять орде. Без вашего влияния, генерал Яку, Империя падет.