Я добил подползавших ко мне пауков и принялся размазывать ногой меловые линии и закорючки. Поток атакующих сразу прекратился. Оставшихся мы быстро уничтожили. Погибая, паучары осыпались черным пеплом, который быстро растворялся в воздухе, исчезая бесследно. Большую часть испепелила Акеми. Закончив метать смертоносные шарики, она охнула и качнулась в сторону. Моя реакция оказалась сильнее неуклюжести, я смог подхватить её, не дав упасть. По рукам пробежали искорки. Не настоящие, а чисто внутренние. Я сейчас обнимал это прелестное создание и это было неожиданно приятно. Не в том смысле, что я не ожидал, что будет приятно. Я не ожидал, что настолько. К сожалению, объятия были не взаимны.

— Спасибо, что поймал. Мне нужно полежать немного, сил нет совсем. Помоги мне.

Я усадил её на кровать, быстро собрал учебники и помог ей лечь нормально, а не поперёк. Как только легла, она сразу отключилась. Её прекрасное личико было как никогда бледным. Я стоял возле кровати на своих ногах без костылей. Только сейчас до меня дошло, что ими я за последние пять минут пользовался только как оружием. Нога побаливала, но не сильно. Надо ещё помедитировать и буду в полном порядке.

Сел на пол спиной к стене, поза лотоса в этот раз сложилась как надо. Сначала сидел и смотрел на Акеми. Лунный свет пробился-таки сквозь облака и сделал это возможным. Интересно, неужели медсестра не слышала весь этот шум, что мы здесь устроили? Небось спать легла. Не думаю, что с ней что-нибудь сделали.

Я никак не мог решиться оторвать взгляд от девушки. Это как-то неправильно. Или наоборот правильно. Не на Кэйташи ведь так пялиться. Да не о том речь, я просто пока не хотел ни к кому привязываться. Привязанность — это слабость. Что теперь, послать её на хрен? Тоже не вариант. Хамить я ей точно не буду, но надо сохранить дистанцию. Это будет не легко, но пока что это единственный вариант. Для её безопасности в том числе. Может тогда так ей и сказать?

Так я с полчаса водил хороводы в своей башке. Потом собрался с духом и начал медитацию. С каждым разом у меня это получается всё лучше. Быстрее и эффективнее. Скоро научусь на ходу, наверное. Или на занятиях. Это было бы просто супер.

Навел порядок в своём организме, долечил ногу, восстановился и плавно вышел. Открыл глаза. Акеми в комнате не было. Не осталось следов от гептаграммы и пауков. Может быть мне всё это просто приснилось? Может ничего и не было? Неохотно поднялся с пола и рухнул на кровать. Нет, не приснилось! На подушке остался её запах. Эти следы она не смогла подчистить. Глубоко вдохнул аромат её волос и заснул.

Утро пришло ко мне в виде завтрака. Проснулся от того, что открылась дверь и на тумбочку поставили поднос.

— Акиро, доброе утро! Просыпайся! Вот твой завтрак!

Услышав эту соловьиную трель, я подумал, хорошо, что ты ночью не работала. Я бы, наверное, уже не удержался и придал бы твоим трелям другие интонации. От этих мыслей часть организма поднялась раньше, чем весь организм. Ночь оказалась насыщенной и вставать очень не хотелось. Но надо. Скоро придёт Мэдока и я очень надеюсь на выписку. Дел ещё непочатый край, некогда валяться на койке.

Оторвал наконец седалище от кровати и пошёл умываться. Как раз успел прикончить завтрак, как распахнулась дверь и вошёл Мэдока.

— Не очень свежо выглядишь, Акиро! Доброе ли у тебя утро? — Доктор поставил легендарный саквояж на стул и сел на кровать возле меня. — Не выспался? Чем же ты занимался, интересно?

— Да ничем особенным, — ответил я. О происшедшем решил не рассказывать. — Сначала учился, заполнял пробелы в знаниях. А пробелы у меня были ну очень большие. Потом медитировал.

— Ты научился медитировать? Неожиданно! Или научил кто?

— Господин Мамору научил. Теперь у меня неплохо получается. По крайней мере мне так кажется. Посмотрите мою ногу?

— Я для этого и пришёл сюда. Ложись, проверю, как твои дела.

Доктор встал рядом и я растянулся на кровати. По пути незаметно убрал с подушки предательский длинный рыжий волос. Вроде он не заметил. Мэдока начал водить рукой, сканируя мои проблемы. Когда рука дошла до места перелома, на несколько секунд остановилась, я почувствовал покалывание.

— Вот это да! — Мэдока выпрямился и присвистнул. — Перелом то сросся, как не бывало! Я конечно много сделал для этого, но сегодня собирался завершить, а тут уже делать нечего. Ты сам справился?

— Наверно, — решил я включить наивного дурачка. — Во время медитации я представлял, как направляю космические потоки в ногу. Похоже у меня получилось.

— Очень даже неплохо! Если ты доведёшь этот навык до совершенства, то я тебе скоро не понадоблюсь. Это Мамору научил тебя самоисцелению?

— Нет, про это речи не было. Наверно у меня случайно получилось.

— Запомни все свои мысли и действия, которые ты использовал во время медитации. Это очень ценно. Ты потом сможешь и других научить.