Даже от моего возгласа мужчина не очнулся – он целиком и полностью был во власти кошмара. Но своеобразное наказание продлится недолго, на улице уже стояли гвардейцы Его Величества, ожидавшие только, когда мы выйдем и представим доказательства виновности сеньора Игцэ.

Обратный путь предстоял короткий: коридор и лестница, через небольшой зал к прихожей, где за дверью – оживлённая улица. Там нас ждал секретарь Кирино, сеньор Бривьер руи Зитра, и дюжина королевских гвардейцев. И как только я передам Бривьеру собранные «доказательства», замешанного в работорговле Игцэ арестуют. Чтобы разматывать клубок дальше, чтобы подобраться ближе к Цикаде…

Полгода назад Кирино решил, что пора бы мне заработать определённую репутацию, если уж хочу приносить пользу и хоть сколько-нибудь продвинуться в деле избавления от проклятия. И мне бы радоваться, что ехидный хмырь начал воспринимать меня как полезную… единицу. Вот только радостного в этом было мало. С личиной Мариссы лисс Ашэ, которая была представлена королю, я имела за плечами влиятельных родственников, и никаких проблем не существовало. Знай только посещай балы и званые вечера, заводи новые знакомства, делай невинное выражение лица да избегай неудобных расспросов о роде Авари и вечно пропадающем где-то отце.

После состоялся короткий разговор с дядей Рэйесом, ставшим моим опекуном после того, как Ярай и Ирнэ покинули Алитту. Дядя не был против моего вступления в Шёпот, а вся гильдия – кроме сделавшегося недовольным Азора, для которого новость, что я его двоюродная сестра, стала неприятностью – радостно восприняла это решение. Скрывать своё настоящее имя от них я перестала, потому что залогом доверия и хороших отношений являлось отсутствие тайн. Уподобляться отцу или Кирино желания не было, особенно, когда ребята лишь пожали плечами – ну Ашэ и Ашэ, ну наследие рода Авари, ну племянница Рэйеса, и что тут такого?

Тренировки не сильно отличались от тех, что были до этого, добавились только занятия с Таши… А потом от лица магистра Таэдо в Шёпот поступил заказ. Лично Кирино не явился, послав вместо себя секретаря, которого представитель Лиги направил уже к Весташи. Мэтр соблюдал все правила, несмотря на абсурдность этой необходимости – и маску носить стал чаще, и дистанцию держал должным образом, когда разговаривал с Бривьером как посредник. Нужно было создать видимость заказа для Лиги, показать заинтересованность во мне как в исполнительнице. И хотя я ещё проходила обучение, номинально можно было исполнять обязанности тени без Защиты Имени. Под присмотром, конечно же.

Тогда-то и началось основное веселье. Кирино, откуда-то вызнавший о моей способности видеть воспоминания вещей – а изредка и людей, – намеревался воспользоваться этим в расследовании, что поручил ему Росэр. Подозреваю, это был совместный план – его и Таши. Никому, кроме мэтра и Шугена, я не рассказывала о своей небольшой тайне, а зная о взаимной антипатии кота и Кирино, фамильяр точно не мог проболтаться.

И спустя полтора года после невольного появления в столице, я наконец-то стала подбираться к Цикаде и своей настоящей роли во всём этом действе. Не сомневалась, что в делах с распоясавшимися в последнее время работорговцами мог быть замешан только один септ. Каким образом это было связано с отцом, Кирино ещё выяснял, и раз в несколько дней мы договорились проводить что-то вроде собраний, где обсуждали всё новое: информацию, теории, идеи, планы. Такое пришлось мне по душе. Появилась возможность принимать участие и влиять непосредственно на происходящее.

Уже больше года я не то что не видела отца, но не получала от него даже весточки. Единственное письмо, которое пришло от него за всё это время, предназначалось Кирино, да и то… ничего, кроме очередных инструкций и распоряжений, там не оказалось. У хмыря были свои соображения на тему, что же нам делать, хотя пока он следовал планам отца – всеми силами тормозил конфликт между Коссэ и Нитиро, пытаясь предотвратить войну. И пускай меня это мало касалось, невольно я помогала Кирино и в этом. Наверное, в тайне надеялась, что отец даст о себе знать как-то ещё… и не желала думать, есть ли смысл в пустых надеждах, когда он даже о судьбе Ирнэ никак не поинтересовался.

А сестра, меж тем, только сейчас смогла окончательно встать на ноги и оправиться после случившихся с ней ужасов. Мне было жаль, что я ничем не могла помочь. И если бы не их с Яраем переезд в Нотту, то чувствовала бы себя совсем бесполезной – вроде находишься рядом, а сделать ничего не можешь.

Сегодня Кирино распорядился, чтобы кто-то из его магов-подчинённых сопроводил гвардейцев и наложить полог тишины или заклинание для отвода глаз, чтобы не привлекать излишнее внимание. Несмотря на глухую ночь, в разгар лета столица не спала, многие заведения закрывались глубоко за полночь, а часть и вовсе работала что при свете солнца, что при луне. И тайно перевезти «подозреваемого» в казематы никак бы не вышло. Без помощи магии, разумеется.

Первым вышел Таши, замерев на крыльце и уставившись на… магистра Тэриньо. Повезло, что я чуть отстала. Убедившись, что платок всё также скрывал половину лица, а капюшон натянут до бровей, плотнее укуталась в плащ, шагнула наружу и встала позади мэтра.

Увидеть здесь кого-то из советников Его Величества я не ожидала. Тут был Бривьер, и это вопросов не вызывало, всё-таки он секретарь Кирино и занимается этим делом. А вот Тэриньо…

– Никогда не видел, чтобы мэтры участвовали в делах гильдии, – усмехнувшись, советник короля мазнул взглядом по алой маске Таши и уставился на меня.