– В шпионку играешь? – нарисовалась моя горячо любимая подружка.

– Всё благодаря тебе. – язвлю в ответ.

– Да ладно тебе. Он уже поднялся на свой этаж, можешь дышать спокойно.

– Вот спасибо.

– Не язви, тебе не идёт. – осадила меня.

Три пары пролетели быстро, на переменах спасалась перебежками.

Зашли в аудиторию на четвёртую пару, уселись с краю на третий ряд.

Вдруг воцарилась тишина, мы с Ингой повернулись к выходу, посмотреть, что же там такое.

А там… Его Высочество, Матвей Рысев. Направляется ко мне, с наглой ухмылочкой на губах, не сводящий с меня смеющего взгляда.

Какое-то время смотрю на него, затем начинаю озираться куда нырнуть, но оказалась зажата со всех сторон.

Он остановился на против меня, закрывая проход. Подняла гордо голову, принимая вызов.

– Чего тебе? – нагло ухмыляясь.

– Извинения твои услышать хочу. – нависает надо мной.

Что ж ты жмёшься-то ко мне всё время, у меня аж дыхание перехватывает от такой близости и ноги подгибаются.

– Кукиш тебе. – взвилась я.

Кручу перед его носом своей маленькой фигой и только тут до меня доходит, что сейчас что-то будет, так как он яростно сверлит меня взглядом.

Вскакиваю на стул, затем на стол, потому что больше не куда.

Возвышаюсь над ним, как царица.

Приходит запоздалая мысль, что меня опять не в ту сторону занесло. Ну извинилась бы, так нет, снова провоцирую его, и тараканы мои кричат: « Так его! “

Он уже пышет драконом, желваки ходят ходуном, глаза метают яростные молнии и почему-то не страшно ни капельки, даже на смех пробивает.

– Всё сказала? – спрашивает спокойным голосом.

Вот теперь мне страшновато, но где наша не пропадала.

– Ну-у, не совсем. – отвешиваю шутливый реверанс.

Вокруг нас собралась толпа студентов. Как же, тут такое бесплатное представление. Кто-то прикалывается, другие же снимают на телефон, многие просто ржут.

– Пигалица… - не успевает договорить, как его перебивает наш препод, Семён Аркадьевич.

– Мелехина, ты что себе позволяешь? Быстро слезай со стола. – поворачивается к Матвею. – Оба за мной в кабинет ректора. – направляется к выходу из аудитории.

Вот это я попала! Пока размышляла, Рысев просто закинул меня к себе на плечо и пристроился следом за преподом, под ржачь нашей группы.

Вдруг Семён Аркадьевич ( Аркаша), резко тормозит и мы с Матвеем впечатываемся в его спину, на что получили недовольный взгляд Аркаши.

Поворачивается к студентам, задавая задание громким голосом:

– Сидим, повторяем тему и чтоб тихо! – выходит за дверь, и мы за ним.

– Отпусти. – начинаю брыкаться на его плече.

– Наслаждайся поездкой, правда пока бесплатно, плату буду позже из тебя выбивать. – смеётся себе под нос, припечатывая рукой по моей заднице.

– Гад! – обречённо шепчу себе под нос.

– Я всё слышу. – прижимая к себе сильнее.

– Это слуховые галлюцинации. – смеюсь ему в спину.

– Позже разберёмся у кого глюки, а у кого острый язычок. – останавливаемся у кабинета Олежича.

Заходим за Аркашей в кабинет и только тут Матвей спускает меня с плеча, под пристальные взгляды собравшихся.

Поворачиваюсь, чтобы поздороваться со всеми, застываю, как статуя, под пристальным взглядом Влада. И что он тут делает?

– Здравствуйте. – выдавила из себя.

– Здравствуйте. – вторит за мной Матвей.

– По какому поводу собрание? – оглядывает нас Олежич.

Тут-то Аркаша расстарался, описывая наш спектакль, что у остальных глаза полезли на лоб. Ну Аркаша, вредный мужик, ему лучше дорогу не переходить, может на экзамене завалить.

– Вот и что мне с вами делать? – спросил Олежич, после не долгого молчания.

– Понять и простить. – тихо прошептала я.

Но меня услышали, Матвей тихо засмеялся, стоящий позади меня.

Влад изо всех сил сдерживался, чтобы не заржать. Аркаша от возмущения покрылся красными пятнами.

– Понять-то вас могу. – вздохнул Олежич. – А вот простить, к сожалению, не получится. – поворачивается к Аркаше. – Вы Семён Аркадьевич можете идти в аудиторию к студентам, а то там ещё кто-то что-нибудь вытворит.

– Всем всего хорошего. – глянул на нас с Матвеем грозно и вышел.

Блин, надо было так влипнуть, он ведь уже руки в предвкушении потирает как меня на экзамене завалит. Одними извинениями точно не отделаюсь.

Как только за Аркашей закрылась дверь, Олежич прочитал лекцию о поведении, которая растянулась на полчаса.