Доктор дал мне выпить какой-то настой, назвав его «магическим антидотом», и пообещал, что к ночи все пятна должны сойти и больше меня не побеспокоят. До этого же времени я была решительно настроена не покидать комнату и никому не попадаться на глаза, о чем категорично предупредила Чарли.

— Думаю, Рита рассчитывала, что ты воспользуешься этими духами уже на балу, — сказала она, когда мы остались одни. — И покроешься пятнами там, при всей Академии.

— За что она так меня не любит? Если из-за Александра, то у нас ведь с ним ничего нет… — я вздохнула.

— Как раз между вами «что-то» есть, и это заметно. Не понятно другое: почему вы до сих пор делает вид, что это не так, — сказала подруга.

— Может, потому что все ошибаются? — отозвалась я, подавляя очередной вздох. — Мы просто дружим…

— Пусть так, — хмыкнула подруга. — Ладно, если не возражаешь, пойду немного прогуляюсь, поболтаю с мамой Марка… Заведу, так сказать, выгодные знакомства. Поддержка свекрови лишней не будет.

— Только случайно не назови ее так, — усмехнулась я. — А то она будет в шоке.

— А вдруг нет? — Чарли весело повела плечами. — Вдруг Хиллари придет в восторг от таких перспектив?

— Иди уже, оптимистка, — отмахнулась я, смеясь.

— Не скучай, — подруга мне подмигнула и исчезла в дверях.

Конечно, мне было очень скучно одной, но заставлять кого-то развлекать меня было слишком эгоистично. Я попыталась подремать. Потом нашла у Чарли какой-то журнал и прочитала от корки до корки. Пару раз я подходила к окну, рассматривала двор и окрестности. Видела ребят, которым Хиллари показывала сад, и очень жалела, что не могу быть с ними вместе. А все из-за Риты! Не представляю, что буду делать, когда встречусь с ней в Академии. Но проучить ее очень хочется!

Когда сгустились сумерки, ко мне заглянула Хиллари:

— Диана, милая, как ты? Спустишься к ужину или тебе принести еду в комнату?

Я посмотрела в зеркало: пятна уже побледнели, но были еще слегка заметны. Поэтому я ответила:

— Если можно, я бы поела здесь.

Чарли так до сих пор не явилась, поэтому ужинать мне пришлось тоже в одиночестве. Еще через час я снова взглянула на себя в зеркало и наконец осталась довольна своим отражением. Пятен практически не было, а те, что остались, легко маскировала пудра. Ее я решила «одолжить» у Чарли, поскольку своей, купленной в каталоге, уже страшилась пользоваться.

Так, приведя себя в порядок, я все же вышла из комнаты в надежде присоединиться к друзьям, которые явно где-то развлекались. Но я лишь успела сделать несколько шагов по коридору, когда дверь напротив распахнулась, и из нее выбежала Чарли, вся красная и разъяренная. Я было бросилась к ней, но она остановила меня жестом:

— Оставьте меня одну! — и скрылась в нашей комнате.

Растерянная, я заглянула в приоткрытую дверь, откуда только что вылетела подруга. Это оказалась комната Марка, и сам он тоже находился там. Сидел на кровати, обхватив голову руками.

— Я могу зайти? — осторожно поинтересовалась я.

Он глянул на меня усталым взглядом:

— Заходи, конечно… Ты уже в порядке?

— Да, как видишь, — я чуть улыбнулась. — А ты, кажется, нет. Как и Чарли. Что у вас произошло?

Марк вначале протяжно вздохнул, затем проговорил:

— Я не ответил на ее чувства… Сказал об этом прямо.

— Она… Она призналась тебе в них? — спросила я, присаживаясь рядом.

Марк кивнул.

Ох, Чарли… Вот, значит, какой был у нее план…

— Я не смог этого сделать, понимаешь? — продолжил Марк между тем. — Даже на поцелуй ее не смог ответить… Чарли отличная девушка, красивая, но… Но я не хочу притворяться, хотя бы мог… Может быть и стоило попытаться, чтобы забыть… — тут он запнулся, нервно сглотнул. — Может, что-то бы и получилось… Но это нечестно… Нечестно по отношению к ней… И, наверное, к себе.

Марк вдруг подскочил на ноги, прошелся по комнате.

— Зачем она это сделала? Зачем? — бросил будто бы и не мне, а сам себе.

— Наверное, надеялась… — начало было я, но Марк перебил меня, заговорив дальше.

— Зачем она сошлась с ним? Зачем? — процедил уже с отчаянием. А потом с глухим рычанием смахнул с письменного стола все предметы. Навис над пустой столешницей и зажмурил глаза, борясь с гневом.

— Ты о Каролине? — поняла наконец я.

О Каролине, а не о Чарли…

— Зачем она связалась с этим Деккинсом? Назло? Что хотела доказать? — Марк посмотрел на меня, и его глаза были полны боли. — Она ведь его не любит… Не может любить… Так быстро…