– Что? В женском туалете? – переспросил, мысленно представляя Рокси, взламывающую защиту… туалетов.

– Ну ладно тебе, – тут же раздалось в наушнике. – Ты теперь этого никогда не забудешь, да?

– Чёрт, и куда катится этот мир? Уже и туалет взломала, – произнёс с усмешкой, решив не отвечать на вопросы.

– Вы о чём? Я ничего не взламывала! – не поняла меня Селена.

Да плевать!

– И может вы уже представитесь? – спросила она.

А малышке идёт злиться. Я бы даже сказал – очень. Она словно фурия, взгляд метает молнии, а в голосе появляются ледяные нотки, обещавшие все кары небесные.

– Знаешь, что, – буквально зашипела Селена, – да пошёл ты! – и выплюнув это, направилась в ванную комнату.

Чёрт!

– Гай, – произнёс я.

Твою ж… само вырвалось.

– Что? – переспросила девушка обернувшись.

– Ты хотела знать моё имя, – напомнил я. – Гай!

Какой реакции я ожидал? Что она перестанет злиться и мысленно проклинать меня? Да чёрт его знает! Вот только девица нахмурилась и резко развернувшись, скрылась за дверью.

Какого чёрта я вообще творю?

– Похоже, тебя только что отшили, – явно веселясь, произнесла Рокси.

– Заткнись.

– Что, не ожидал, что у девочки тоже появятся коготки?

– Рокс, не заткнёшься, выкину гарнитуру, и будешь потом с жучками-паучками беседовать.

Чёрт, нужно свалить отсюда.

Поставив бутылку на стол, быстрым шагом направился к входной двери, и бросив напоследок взгляд на ванную комнату, за которой скрылась Селена, вышел на улицу.

– Не злись, а то седые волосы появятся, – раздалось весёлое из наушника.

– Не испытывай меня, Ррррокси, – прорычал я.

– А куда это ты направился? – тут же спросила она, заметив меня в камеру.

– Не твоё дело. Лучше следи, чтобы сюда никто не заявился, – сказал я, заводя мотор.

– Гай, это может быть опасно…

Чёрт! – едва не выругался вслух.

Выдернув наушник, сунул его в карман, и на мгновение прикрыв глаза, тяжело выдохнул.

Нужно проветриться. Срочно.

Я мчался по трассе, стараясь избавиться от запаха Селены, что до сих пор щекотал ноздри, в то время как мой зверь пытался выглянуть наружу, не желая избавляться от этого аромата.

Свернув на лесную дорогу, проехал ещё пару миль, и остановился.

Свежий воздух, мне нужен свежий воздух.

Оставив байк, подошёл к ближайшему дереву и опустившись на землю прижимаясь спиной к стволу, стал делать глубокие вдохи-выдохи, непроизвольно предаваясь воспоминаниям…

Это произошло десять лет назад. Моя жизнь изменилась в ту ночь, когда я очнулся в лесу, чувствуя сумасшедший голод. Все тело болело так, словно меня через мясорубку пропустили. А кости, казалось, были вывернуты.

Я никогда не забуду то время. И ту агонию…

Я полз по лесной дороге в надежде найти хоть что-нибудь съестное, а когда понял, что силы на исходе, стал молился о смерти. Именно тогда что-то внутри меня словно проснулось. Что-то огромное. Сильное. Смертоносное.

Именно в тот самый момент я начал изменяться.

Моё тело вытягивалось и ломалось, меняя форму. А разум заволокло нестерпимой болью.

Сколько это всё длилось, не знаю, но осознал я себя лёжа на пожухлой траве… и я уже не был человеком.

Не руки, а огромные лапы, покрытые рыжим мехом, а из горла вырывался не крик, а рычание. Дикое, звериное, заставляющее кровь стыть в венах.

Страх и непонимание, вот что я тогда испытал. И я бросился бежать.

Я бежал настолько быстро, как только мог. Я бежал от самого себя. Бежал от того, что со мной произошло. Бежал от того, что сделало меня таким. Алое на алом… лишь эта картинка была перед моим внутренним взором.

В какой-то момент я понял, что бежать дальше бессмысленно. И остановившись, закричал. Рёв огромного дикого зверя, наверное, слышал весь лес. А уловив, как с деревьев в страхе стали разлетаться птицы, понял, насколько я голоден.

Именно тогда я встретил Рокси.

Близился рассвет. И начав охотиться, я вышел к дороге. Заметил женщину, менявшую пробитое колесо. Я подошёл к ней практически вплотную, понимал, что она не успеет ничего сделать. Я уже готов был напасть, но…

Она подняла голову и в её взгляде не было страха, только печаль. Именно это и привело меня в чувство.

Понимая, что едва не напал на человека, понимая, что ещё буквально чуть-чуть, и я уже не сдержусь, сорвусь, загрызу – бросился прочь.