– С пропуском к двенадцати можем не успеть.

– Тогда давайте в четверть первого.

– Хорошо. А коменданту передайте, что приказ о выделении вашей группе помещения будет на столе у наркома Берии не позже часа дня.

– Спасибо. Разрешите идти?

– Идите.

– И предупредите её, – вмешался Сергей Петрович, – что у нас там, кроме письменного стола и стула, ничего нет. Пусть возьмёт с собой бумагу и карандаши. И машинку, желательно, тоже взять с собой, чтобы не бегать с секретной документацией туда-сюда.

– Передадим, – и, протянув второму мужчине бумагу с распоряжениями Берии, приказал, – Товарищ Терещенко, срочно подготовьте тексты приказов, – повернулся к женщине, – Лариса, подготовьте пропуск, пока без имени. А я пойду позвоню начальнику машинописного бюро.

Коридоры и лестницы здания НКВД уже начали утомлять Сергея Петровича, но он честно старался их запомнить. Войдя в «здание напротив» Крымов предложил:

– Вы постойте здесь, а я пойду пообщаюсь с комендантом.

Он без труда нашёл нужный кабинет. К счастью, комендант был на месте.

– Здравия желаю товарищ старший лейтенант госбезопасности. Товарищ Обручников велел Вам передать, что не позднее 13:00 наркому внутренних дел товарищу Берии будет представлен на подпись приказ о выделении моей группе помещений в этом здании.

– Какой группе?

– Приказ о её формировании будет представлен на подпись одновременно с приказом о выделении помещений. До этого я не вправе озвучивать её название.

– Вот будут приказы, будут и помещения.

– Мне так и передать Лаврентию Павловичу?

– Ну ладно, что Вам нужно?

– Проект штатного расписания мне приказано подготовить в течение двух дней. Исходя из этого, будет понятно, сколько и каких помещений мне надо. Пока нужна комната для работы с секретными документами за пределами 1-го управления – предполагается, что моя группа будет выведена из его состава.

Ещё минут десять они обсуждали разные варианты, остановились на последней комнате на четвёртом этаже, непосредственно над 1-м управлением. На помещения в этой части здания, пока, никто не претендовал и у новой группы были возможности расширения без переезда.

Комендант выдал Крымову ключи от комнаты и потребовал назад ключи от комнаты на третьем этаже.

– Там остались мои личные вещи (не объяснять же коменданту, что вещи выданы со склада Разведуправления и их надо будет вернуть), как только заберу, сразу верну ключи.

– Когда именно?

– Трудно сказать, сформировать группу за два дня – ещё та задача. Но постараюсь сегодня. Вы лучше скажите, а сейф в этой комнате есть?

– Сейф есть, но по поводу ключей – это в первый отдел.

– А телефон?

– Сейчас прикажу подключить аппарат.

– Это будет внутренняя связь или городская?

– Внутренняя, выход в город через коммутатор.

– Я в курсе. А какой внутренний номер?

– Не знаю, спросите у телефониста.

– Спасибо, Вы мне очень помогли.

Когда Крымов подошёл к Сергею Петровичу, ждавшему у входной двери, стенографистка была уже там. Это была молоденькая и страшно смущающаяся девушка не больше 160 см ростом, в руке она держала матерчатую сумку, а около ноги стоял футляр с компактной пишущей машинкой.

– Младший лейтенант госбезопасности Крымов. Вас прислали ко мне?

– Да. «Люся», -девушка протянула руку. Крымов слегка опешил, пожал руку, подхватил футляр с машинкой и направился к лифту.

– Нам на четвёртый этаж.

Лифт, как раз, был на первом этаже. Поднявшись на нём, они повернули направо и прошли до самого конца коридора, никаких постов здесь не было. Оглядевшись, Крымов увидел точно такую же комнату, как и этажом ниже.

– Располагайтесь и начинайте, а я схожу за своими вещами, – и вышел в коридор.

Люся села за один из столов, достала из сумки блокнот и карандаш и посмотрела на Сергея Петровича. Он продиктовал ей тоже, о чём уже рассказал Берии, внимательно следя за тем, чтобы в тексте не было даже мельчайших намёков, на то, что эта информация получена из будущего. Стенографисткой Люся была неопытной. Несмотря на то, что Сергей Петрович диктовал медленно, тщательно обдумывая фразы, она часто сбивалась и переспрашивала. Минут через пять зашёл человек с телефонным аппаратом в руках, поздоровался и, пройдя в угол, начал его подключать. Сергею Петровичу пришлось замолчать. Воспользовавшись паузой, Люся поставила на стол перед собой футляр с машинкой, сняла крышку, заправила лист бумаги, взяв его из картонной папки, извлечённой из той же сумки, и начала перепечатывать уже записанный текст. Сергей Петрович, сидевший до этого на стуле рядом со столом, на котором работала Люся, взглянув на телефониста, поднялся и встал так, чтобы заслонить от него пишущую машинку. Люся удивлённо посмотрела на него. Сергей Петрович молча показал себе за спину, Люся покраснела. Верхняя часть листа перегнулась через карету машинки и Сергей Петрович обратил внимание, что строчки расположены вплотную одна к другой.