— Постой-ка тут чутка, — привалив меня к стене, сказал мужик и ушел куда-то.

С трудом дыша, я вцепилась в стену, чтобы не свалиться, понимая, что иначе встать я просто не смогу, и огляделась. Какая-то подворотня, а чуть дальше была видна пристань с рыбацкими суденышками. Что задумал мужик я не представляла, понимая только, что это мой единственный шанс хотя бы попытаться сбежать. Не одежды и сапог было жалко, а вот то, что им откроется когда они ее с меня снимут — пугало. Обнаружив, что я не парень могут и похуже грабежа, что-нибудь сделать. Защитить себя, кроме меня самой было некому. Насилия я боялась больше, чем боли.

Держась за стену я двинулась вглубь проулка, надеясь только найти там какую-нибудь щель и забиться в нее.

— Ты куда это собрался, малый?

Голос за моей спиной, так неожиданно прозвучавший, придал мне сил и я даже смогла отлепиться от стены и несколько шагов вперед сделать. И тут же упала врезавшись во что-то!

— Ты что творишь?! — закричала какая-то женщина.

Я слабо копошилась, совершенно не в силах подняться или хотя бы перевернуться. Моего лица что-то теплое и мягкое коснулось и странно громкий звук дыхания я услышала. Раскрыв глаза, я едва не закричала от страха, но поняла, что это всего лишь морда лошади надо мной. Я врезалась в нее?!

— Сударыня, это мой малой, щас я его…

Я замотала головой, не в состоянии говорить, но хоть так пытаясь выразить свой протест. Хозяйка лошади, это поняла, по крайней мере.

— Твой говоришь?

Рядом со мной зашуршала юбка, я не задумываясь повела рукой на звук и вцепилась в нее.

— Помогите… — просипела я из последних сил, едва не лишившись опять сознания, от напряжения.

— Тетушка, чего вы так поводья дергаете, я синяк набила!

Еще один женский голос донесся до меня и я только сильнее вцепилась в юбку незнакомки.

— Сама набила, сама и вылечишь.

Если женщин двое, они могут поспорить за меня, с тем мужиком? Просто, чуть-чуть мне помочь, только чтобы он ушел? Кто знает, что было в тот момент у меня в голове, но я просто чувствовала, что женщина, за которую я цеплялась — добрая. То есть может мне помочь.

— И чего мы стоим? Что там у вас?

— На нашу лошадь напали, — хмыкнула женщина.

— Что?!

Я услышала новые шаги, девушка была явно помоложе первой и присела рядом со мной.

— Ой! — испуганно вскрикнула она. — Что у него с лицом?!

— Дай поглядеть, — отозвалась та, что постарше.

— Да чего там глядеть, — напомнил о себе рыбак, не состоявшийся грабитель, но вяло уже как-то.

— Хм… Ты смотри, как не повезло. Канарка трехлепестковая только такие следы оставляет. Еще и водой намочили.

— Правда? — почему-то заинтересовалась девушка.

— Вы к знахарю его, по всей видимости тащили, мужчина? Так вам повезло. Мы как раз к нему едем, заберем вашего страдальца с собой.

— Вот спасибочки, — совсем не радостно отозвался мужик.

Если бы могла, то расплакалась бы от облегчения. Настаивать на знакомстве со мной мужик не стал и ушел, боги знает почему. Меня подняли и уже более бережно дотащили до повозки.

— Да ты еще и горишь вся, — услышала я.

Меня уложили на жесткое, но пахло вокруг хорошо — травами и медом. Уже почти провалившись в темноту, я вдруг сообразила — как это незнакомка догадалась, что я не мальчик?

Не забываем про наш тэг (изменщики драконы водятся тут) — неизменные драконы

Размеренное движение, поскрипывание повозки, вот до чего сжался мой мир в последующие дни. Я ненадолго приходила в себя, чаще всего когда движение прекращалось и исчезала эта убаюкивающая меня сила. Иногда я слышала еще голоса множества людей, но чаще птичий гомон. Хотя большую часть времени я находилась в забытьи, выныривая из своих путаных снов лишь ненадолго. Мне даже казалось, что я и эта повозка, катимся сами по себе по какой-то бесконечной дороге.

Женщины, что подобрали меня, словно ускользали от моего сознания. Я думаю потому, что я доверилась им и в моменты просветления, реагировала только на внешние раздражители, исключив их из круга “опасно”. Я помнила только их мягкие руки и успокаивающую ауру, что окутывала меня, согревая.

— Сильно же тебе досталось, — еще в первый день, сказала старшая из женщин.

Поездка длилась и длилась. Как и моя болезнь, что не отпускала. Я то горела, то дрожала от холода, то мучилась от того, что все тело ныло нестерпимо. Это казалось никогда не кончится. Но поездка все же завершилась. Я снова очнулась от того, что повозка остановилась и услышала голоса, но исключительно женские почему-то. Потом меня вытащили на показавшийся нестерпимо ярким свет и понесли куда-то. Я едва не расплакалась от облегчения, оказавшись снова в помещении, где не было такого яркого света. Кто-то переговаривался рядом со мной, но уловить смысла слов я была не в состоянии, впитывая в себя приятную прохладу и запахи.