— Лерсон. — услышала я одно-единственное слово от Смерти, и кивнула.

— Да. Хорошо, раз его нет, тогда отправимся в больницу к Джаянду. Она здесь недалеко.

— Цезарь видит все. Может заинтересоваться тобой.

Я остановилась и обернулась, посмотрев на Смерть, который, словно рыцарь, неизменно находился за моей спиной, куда бы я не пошла.

— Думаешь, он будет следить за нами? Почему?

Он кивнул. Прикрыв светлые ресницы, словно еще раз подтверждая.

— Ему интересно, зачем Стороне Веста здесь быть.

— Хорошо. — я мысленно выругалась. — Тогда я не буду задерживаться. Ты зайдешь к Джаянду и узнаешь, где Лерсон. Если приду я, то у него неизбежно возникнет слишком много вопросов касательно моей жизни альфой и омегой. Я напишу записку, чтобы он поверил тебе, потому что моя стая сейчас достаточно агрессивно относится к людям Помпея.

Смерть снова кивнул.

Покинув этот район, через десять минут мы были уже возле больницы. Джаянд, насколько я знала, лежал на втором этаже. Хотя я открыла окно машины, прислушиваясь к разговорам, доносящимся до меня, я не услышала ни намека на знакомый голос. Вероятно, окна палаты, в которой был Джаянд, выходили на другую сторону.

Я не так уж долго и прождала, когда Смерть вернется. Он сел в машину и отдал мне другую записку.

— Лерсон сейчас в Мраке. — произнес Смерть, а я, округлив глаза, открыла сложенный вдвое листочек, исписанный мелким знакомым почерком, из которого выпал побольше, с печатными буквами.

“Привет, Нуб. Я рад, что с тобой все хорошо, и даже не буду спрашивать, какого хера этот тип делает с тобой. Последний раз я видел Лерсона неделю назад, потом Элисон сказал, что его забрали в Мрак. Двадцать Первый тоже у копов, но Лерсон, видимо, влип как-то крупно.

Я в порядке. У меня проблемы со спиной, но если на тебя реально упал мешок с баблом, то за деньги мне могут сделать уколы хорошего лекарства и поставить какую-то херню в позвонки, после чего я буду ходить. Хотя я и так восстановлюсь через пару лет без вмешательства.

Мой номер телефона ниже. Этот урод должен был взять реквизиты больницы для оплаты лечения. Я надеюсь, у тебя все в порядке. Не попадайся копам”

— Боже. — я со вздохом закрыла лицо. — Лерсон — это огромная проблема.

Несмотря на это, я больше всего в этот момент радовалась, что Джаянда можно вылечить. Я собиралась заплатить не только за его выздоровление, но и за кое-что большее. Чтобы он смог, наконец, начать другую жизнь, о которой и мечтал. Без войны за выживание, банд и смерти, постоянно дышащей нам всем в затылок.

Но все равно передо мной маячила поездка во Мрак, отвлекая от позитивных мыслей.

Это беспокоило меня очень сильно.

Я знала, что Цезарь мог быть где-то поблизости. Вероятно, сейчас, в рабочий день, он был в самом Мраке. Поэтому по ступенькам здания я поднималась с полной охраной, ловя на себе взгляды других копов. Мы заходили не через главный вход, потому что я не хотела проходить через рамки, показывая себя омегой. Внутрь пропустили нас без обсуждения, только услышав про сторону Веста.

— Лерсон Доми. — произнес коп, листая передо мной документы. — Есть такой.

— Скажите размер залога. — сразу перешла я к делу, а коп задумчиво поджал губы. Я видела, как он мялся, и мне это не нравилось.

— Тут не написан залог. Пока его отпустить мы не можем.

— Но его преступления не настолько тяжкие, чтобы обойтись без залога.

— Простите. Я не знаю, может, причина в чем-то другом. Если вы подождете, то я попробую узнать о…

Я оборвала его жестом.

— У меня нет возможности ждать. Тогда, пожалуйста, организуйте нам встречу.

— Это без проблем. — коп потянулся к телефону, а я нервно постучала пальцами по коленке. Я думала, что все будет проще: выкуплю Лерсона, и дам ему указания, что делать. Но теперь, похоже, придется обращаться за помощью к Норду и узнавать причину.

Поговорив с кем-то, коп положил трубку телефона.

— Пожалуйста, пройдите за мной.

Через несколько минут нас провели в небольшую комнату. Как только коп вышел, сказав, что Лерсон скоро будет тут, я почувствовала, как Смерть наклонился к моему уху.

— Он хотел тянуть время.

— Что? — я вздрогнула. Повернув голову, я едва не встретилась со Смертью поцелуем, и тут же почувствовала, как к щекам прилил жар и немного отодвинулась. — Черт, прости.

Видеть лицо смерти так близко было необычно. Можно было рассмотреть каждую мелкую деталь. Например, его ресницы были очень красивыми: их цвет начинался от темно-серого, до совершенно белых кончиков. Но самыми завораживающими и одновременно немного пугающими были глаза.

Смерть почему-то помедлил с ответом.