— Ты ведь отвечаешь за поимку Цезаря, верно?

— Так и есть.

— У меня есть небольшой план. Выслушаешь?

Он прислонился спиной к двери, и его улыбка стала шире, а в глазах вспыхнули огоньки. Черт. Я знала, что я сделаю с ним, как только это все закончится благополучно.

— Я весь внимание, Нуб.

****

Когда мы вернулись, остальные заканчивали уже собрание. Смерть настороженно смотрел на нас, а Помпей подошел, преградив мне дорогу и сказал мне, но глядя на Войну, идущего позади меня:

— Пойдем. Поднимемся.

— Хорошо. — ответила я растерянно. Почему он выглядит таким яростным?

— Я не покушаюсь на твою омегу, Помпей. — произнес Война, обойдя меня под давящим, пристальным взглядом Эйдана. — Просто перекинулись парой слов. Думаю, это стоило сказать, прежде чем у нас возник бы какой-то конфликт.

Он ушел, а Помпей посмотрел на меня.

— По-моему, вы общаетесь слишком часто.

— Ты что, ревнуешь? — удивленно спросила я. — Ты мой истинный, Эйдан. У меня не может быть отношений и симпатии к другим альфам.

— Тебе я доверяю. Не доверяю другим.

— Вряд ли кто-то рискнет отобрать у тебя омегу. Давай, действительно, поднимемся. Тебя уже осматривал врач?

— Нет. — Помпей последовал за мной наверх. — О чем вы говорили с Войной?

— О Цезаре и о плане, который вы придумали. — мы поднялись наверх и я толкнула дверь кабинета, в котором сейчас проживала медсестра. Когда эта девушка, которая недавно флиртовала на моих глазах с Помпеем, подняла взгляд и увидела меня, улыбка тут же потухла на ее лице. — Мы на осмотр. — сообщила я ей.

— Тогда я попрошу остаться только мистера Дагера. Сведенья о здоровье человека, которому проводят осмотр — конфиденциальны. — сообщила она мне, а я приподняла бровь.

— Я его истинная и твой работодатель. Поэтому я буду знать все, что касается Эйдана.

Мне кажется, она раздраженно, но тихо выдохнула. Я смотрела, как она берет инструменты, проводит осмотр, берет кровь из пальца и загружает данные в компьютер. Теперь она старалась соблюдать дистанцию и не прикасалась лишний раз к альфе.

— И что там? — спросила я, а она поджала губы.

— Даже сейчас ничего хорошего не вижу. Показатели здоровья продолжают падать. Метка продолжает разрушаться, и это убивает весь организм.

— Продолжает? — переспросила я. — Следовательно, она еще не совсем разрушена?

— Когда она разрушится, мистер Дагер будет мертв. — отсекла медсестра. — Вы, конечно, можете не беспокоиться. В отличие от него, на ваше здоровье это практически не повлияет. Истинность — проклятие только для кого-то одного. — последние слова она пробормотала с явным раздражением.

Я подошла ближе, прислонившись бедром к ее компьютерному столу и девица подняла на меня взгляд.

— Почему ты не осматриваешь меня так же ежедневно, как и Эйдана?

— А зачем? — она свела брови. — Вы не пострадаете. Помощь нужна умирающему.

— А мне кажется, дело в другом.

— О чем в… — медсестра, начав, резко осеклась и замерла, глядя в экран. Ее брови беспомощно поднялись и она поднесла руку к лицу. — Мистер Дагер… У него осталось мало времени.

— Что?!

Помпей никак не отреагировал. Он просто молча перевел взгляд на экран.

— Посмотрите. — медсестра будто бы забыла о нашем напряжении и ткнула пальцем в монитор. — Это показатели целостности метки. Как я говорила, когда она разрушится, то мистер Дагер умрет. Сейчас ее целостность составляет всего лишь несколько процентов. Еще вчера было около тридцати.

— Как? — вырвалось у меня. Я чувствовала, словно мое сердце падает вниз, в самую пропасть. Пожалуйста, пусть я ослышалась и эта девчонка ошиблась. — Ты уверена? Почему так быстро?

— Я не знаю. — она нервно сжала кожу на подбородке. — Возможно, этот процесс неравномерный.

Я обернулась на Помпея.

— Ты чувствуешь себя хуже?

Он просто смотрел на меня, и его взгляд ничего не выражал. Эйдан не отвечал, но я поняла все и без слов. Он прекрасно чувствовал, что с ним происходит.

— Дерьмо. — выругалась я. Развернувшись, я вышла из комнаты, а Помпей последовал за мной. В коридоре я зарылась пальцами в волосы, пытаясь унять головокружение. Это была паника, нахлынувшая темной, огромной волной. Отчаяние. Эйдан умрет. Я потеряю его. Увижу последний вздох. Я не знаю, что делать! Как помочь?! Никто ничего не знает об этих метках!