За окном еще стояли сумерки. Я медленно обвела взглядом комнату, а затем посмотрела на кровать. Помпей спал рядом. Его светлые волосы разметались по подушке, глаза были закрыты. Расслабленные от сна линии лица сделали его внешность даже немного невинной.

У меня зачесалась рука. Хотелось ударить по этому лицу. Вместо этого я пересилила себя и сдернула с себя одеяло. Мой взгляд упал на ноги, и я зашипела.

— Ублюдок!

Почти все тело было покрыто красными и темными отметинами, а на бедрах было вообще черте что. Поэтому все настолько болело. Еще на одеяле я заметила пятна крови. Вся постель была смята и застелена кое-как.

Это был просто ужасный первый раз. Я закрыла глаза. Хотелось убить Помпея. Господи, если я положу подушку ему на лицо и сяду сверху, у него будут силы отбиться? Да о чем я вообще думала, когда стоило бежать, пока этот психопат не очнулся… Черт, я хотела выйти и потребовать у охраны связать его до конца гона.

Оттолкнув ногой одеяло, я свесила ноги с кровати. В этот момент на моем запястье сомкнулись пальцы, останавливая, а я, вскрикнув от неожиданности, развернулась и отмахнулась рукой. Она с хлопком влетела в лицо Помпея. Как я и хотела до этого.

— Пусти! — зарычала я. — Я тебе больше не позволю притронуться ко мне.

Помпей сидел, по пояс голый, только одеяло сбилось в районе его бедер, все прикрывая. В отличие от меня, на его теле осталась всего лишь пара легких царапин, не считая вспыхнувшего на щеке отпечатка от моего удара.

— Ты куда? — произнес он. Его пальцы сжались еще сильнее, не желая меня отпускать.

— Черт, подальше от тебя, конечно же, — я с силой выдрала руку из захвата, но, стоило мне вскочить на ноги, как они практически сразу же обмякли и я едва не упала на пол, если бы альфа не схватил меня и не сгреб, прижимая к себе. Мой позвоночник словно заледенел, и я только и смогла, что с шумом втянуть воздух.

— Пусти меня, Помпей… — в панике прошептала я, боясь, что снова повторится ад этих дней. Мои пальцы вцепились в его руку, сильно обвившую талию, но…я не могла ее ни с места сдвинуть. Отчаяние захватило меня. Я думала, что сталкивалась с жутким чувством обреченности, когда Помпей два раза пытался меня убить, но сейчас я достигла самого мрака.

— Тихо. — я ощутила его дыхание возле волос, когда он произнес это. Затем он уложил меня на бок, прижав к себе, и мне захотелось закричать. — Все хорошо. Я тебя не трону.

— Тогда отпусти и все. — вырвалось у меня.

— Ты плохо выглядишь. Лежи. Я умою тебя и принесу поесть.

— Иди к дьяволу. По чьей вине я плохо выгляжу, по-твоему?

— Я просил тебя уйти три раза.

— Да как я могла уйти? — я сжала зубы. Помпей вел себя адекватнее, чем в эти дни, поэтому страх ненамного отступил, и я могла огрызнуться. — Я бы не получила метку. Однако, за три дня ты не смог ни разу остановиться? Я умоляла тебя много раз. Я думала, что умру.

Я почувствовала, как его рука сжалась, еще сильнее прижимая меня к нему.

— Я же говорил тебе и об этом, Нуб.

— Ты…

Я осеклась, не став продолжать и проглотив все другие слова. Затем закрыла глаза, и выдохнула, приводя нервы в порядок.

Он действительно меня предупреждал. Я не могу наезжать на него за это. Все, что сучилось — это следствие принятых нами решений, и просто отчаяние и обида заставили меня срываться на Помпее.

— Ладно, просто отпусти. Хочу умыться.

Альфа внезапно перевернул меня на спину и навис, опираясь на руки. Из его взгляда исчезла вся дикость. Сейчас на меня смотрели чистые, словно небо, глаза.

— В очередной раз закрываешься от меня?

— Помпей, те времена, когда я была к тебе с открытым сердцем, давно прошли. Мое отношение не изменилось. — спокойно ответила я, поморщившись. — Пожалуйста, отодвинься. Я чувствую себя грязной и хочу принять душ.

Вместо ответа он поднялся, а затем взял меня на руки, и направился в сторону ванной, отчего я округлила глаза.

— Ты не слышал? Отпусти.

Он молча толкнул плечом дверь в просторную комнату. Легко удерживая меня одной рукой, повернул кран, наполняя ванну, а затем бережно опустил меня туда. Я поджала ноги, прикрываясь и схватила одну из бутылочек, выливая почти всю в набирающуюся воду, чтобы прикрыться пеной.

— Достаточно. — произнесла я, выкидывая бутылку. — Ты можешь уйти.

Он сел, сложив руки на бортике ванны, и посмотрел на меня.

— Я хотел с тобой поговорить, Нуб.

— Я не хочу. Все, что мне было нужно, я от тебя получила. Нам нет необходимости пока общаться. — устало произнесла я. — Просто хотя бы раз прислушайся ко мне и уйди.

Я не ждала, что он послушает, но Помпей медленно поднялся и вышел из ванной комнаты, оставив меня одну. Я закрыла глаза и сползла под растущую на воде гору пены. Тело ломило, голова была пустая. Вода щипала ссадины, но эта боль скорее отвлекала, чем приносила дискомфорт.