Шериада, запинаясь, ответила на том же языке, потом снова обратилась ко мне:

– Протяни… руку.

Я послушался и вздрогнул, когда моего запястья коснулись прохладные пальцы… Мокрые, потому что, когда он шагнул в комнату, вся вода из кувшина обрушилась ему на голову. Юноша посмотрел на меня, усмехнулся. Но тут Шериада снова забилась на полу, и он кинулся к ней.

Он явно знал, что делать. У него были с собой еще шприцы, целый чемоданчик, – я так и не понял, откуда он его достал. «Наверное, он врач», – решил я.

Дождавшись, пока принцесса снова успокоится, он легко поднял ее и, спокойно отдавая приказы слугам, понес из столовой. С его мокрых волос капала вода.

– Что это было? – спросил я позже, в спальне.

Взволнованный Ори зачем-то выбирал мне новый костюм.

– Нужно надеть черное, господин. Конечно, черное…

За ночь у меня волшебным образом появилась одежда самых разнообразных цветов, и сейчас на мне был приличный серый камзол. Ори же вытащил черную шелковую рубашку, блестящую даже на бледном зимнем солнце. Потом достал брюки – конечно, тоже черные – и расшитый серебряной нитью жилет.

– Ори, с госпожой часто такое бывает?

Он словно очнулся, повернулся ко мне – бледный, испуганный. Помотал головой:

– Я не знаю, господин, я здесь недавно…

Я нахмурился, а Ори как будто испугался еще сильнее:

– Господин, я не целитель, у волшебников свои болезни, я не… Простите…

Я подумал о кувшине с водой и выходящем из отражения юноше. Он отнес госпожу на третий этаж, и ему проводник как будто не был нужен. Может… может, мне показалось? Может, в чае что-то было? И этот человек приехал вчера вместе с госпожой, просто я его не видел? Дом ведь огромный…

В это поверить было легче, чем в то, что видели мои глаза. Да, конечно, галлюцинация. Чай наливала госпожа, я видел, как ее саму ломало; наверняка наркотик… Я пока чувствовал себя хорошо, но это только пока.

Нужно найти здесь кухню и готовить самому.

День тянулся невероятно медленно. Я попытался убедить Ори показать мне дорогу на кухню, но он отчего-то так побледнел, словно принцесса там, как сказочная ведьма, держит любопытных мальчиков, зашивает им рты, а потом съедает.

Так что я слонялся по библиотеке, сначала бесцельно перечитывая названия… Долго это, конечно, не продлилось: книги всегда меня манили. Очень скоро я обнаружил себя на диване с томом приключенческого романа в руках. Буквы порой плясали перед глазами – словно чужие знаки языка превращались в знакомые слова. Нет, все же было что-то в том чае…

Роман я прочел часа за три, конец намекал на продолжение, и я отправился его искать. В каком порядке стояли книги у принцессы в библиотеке, понять было невозможно. Мне даже казалось, они сами перемещаются. Вот перед тобой альбом растений Нуклия. Закрываешь глаза – на этом же месте «Теория магии. Том 1». Наверное, у меня с головой что-то было не так, думал я. Нет же у книг ног, в конце концов.

Так меня и нашел тот молодой врач. Он, конечно, успел обсохнуть… Может, мне и вода почудилась?

– Ты, должно быть, Элвин? – услышал я. И обернулся, чуть не уронив книги, которые успел для себя отобрать.

Юноша стоял рядом, а я умудрился не услышать, как он подходил.

На всякий случай я поклонился:

– Да, господин.

Он улыбнулся и на поклон ответил лишь кивком.

– Нуал, – коротко представился он. Его глаза расширились. – Она была права, ты действительно одаренный демонолог. С Руаданом еще не познакомился?

– Нет, господин.

Он снова улыбнулся. Его улыбка казалась приклеенной. Не фальшивой, а, скорее, заученной. Словно он носил маску, которую уже забыл, как снимать. Мысленно я сравнил его со змеем. Было что-то в его внимательном взгляде, плавных движениях, что заставило меня подумать, что этот человек опасен.

– Тебе повезло. Когда увидишь – а он непременно явится на тебя посмотреть, – ни в коем случае ему не перечь. Он сначала бьет, потом думает. Все демоны такие. – Он вздохнул, и на его лбу мелькнули, словно выглянули из-под маски, морщины. Я впервые усомнился тогда, действительно ли он молод.

– Ну, не так уж и плохо, – продолжил врач. – Она очень тебя достала, да?

– Что? Господин, я не…

Он словно что-то прочитал в моих глазах, потому что вдруг рассмеялся.

– С ней сложно, это так. Собственно, для этого я тебя и искал. – Он протянул листок бумаги, такой же белый, как и тот, на котором Шериада писала мне вопросы. – Раз уж наша красавица застряла здесь на неопределенный срок… Обычно неделя, но в этот раз не удивлюсь, если окажется две. Так вот, раз уж и ты здесь, придется тебе за ней проследить. Слуги не помогут: они ее боятся, ты сам видишь. Остаешься только ты.

Он подошел ближе и сам вложил мне листок в руку.

– Смотри…

Его почерк, в отличие от каракулей принцессы, был изящным, уверенным, с завитушками.

– Во-первых, шоколад. Ей волю дай, она им упьется. Не больше одного бокала в день, лучше на ночь. Да, ей это не понравится, но напоминания хватит: она знает, что ей нельзя. – Нуал задумчиво нахмурился. – Но если не сработает, прибавь, что ее брат очень расстроится. Это всегда помогает. Далее – аппетит у нее здорово упадет. Нужно следить, чтобы она ела. Завтракай, обедай и так далее вместе с ней. Ах да, первое время она будет слабой, как младенец. Не удивляйся. Как я понимаю, она тебе доверяет, но… Если захочешь ее убить… Не смотри на меня так, я просто предупреждаю: если захочешь ее убить, на тот свет отправишься первым. Так что сто раз подумай. И последнее. Не позволяй ей засиживаться за полночь. Лучше уложи ее в свою постель, одной ей сейчас все равно…