— Да тут говорить, собственно, не так уж и много, — сказал Жора и потянулся в карман своих джинсов, из которого достал связку ключей. — Вот.

— От чего они?

— Не узнаешь ключи от своей квартиры? — спросил он.

— От своей? От какой своей? Сергей её продал ведь.

— Ну, — кивнул Жора, мол, соображай давай, женщина.

— Ты купил её? — округлились мои глаза.

— Через знакомого, — ответил Жора несколько расплывчато. — Так что можешь вселяться. Или продать ее снова и купить другую. В общем, она твоя, — вложил он ключи в мою ладонь.

— Жора! — выдохнула я, не веря тому, что вижу и только что услышала. — Скажи честно, у тебя борода для того, чтобы ты трахтибидохал всякие чудеса?

— У меня борода, потому что мне лень брить харю каждый день. И, Варь, я не шутил, когда говорил, что устал. Давай спать.

— Я постелю тебе в маминой комнате, — высвободилась я из его объятий и двинулась к выходу из кухни.

— Я, конечно, с недавних пор полюбил стерв, но спать в одной комнате с твоей матерью — даже для меня перебор.

— Она уехала сегодня домой.

— Я знаю, — улыбнулся Жора уголками губ. — Просто пытался пошутить. Когда еще удастся?...

Месяц спустя…

— Мама, просыпайся! Мама, скорее! — кричал мой сын, прыгая на мне как на батуте.

— Что такое? Что? — резко села я и обняла его, машинально прикрывая своим телом от опасности, которой, оказалось, и не было.

— Мы в садик опоздаем, мама! — возмущался Денис. Выпутался из моих объятий, встал рядом с кроватью и, глядя на меня, стал требовательно ждать, когда мой мозг включиться и сообразит, что от меня хотят.

— Пять утра, Денис, — проморгалась я усиленно и включила круглый светильник на тумбочке. — Ещё целых два часа можно спать.

— А садик? Ты же говорила, что сегодня я точно пойду.

— Конечно пойдешь, сыночек. Только еще очень рано — садик закрыт. Даже твои друзья еще не проснулись.

— И Егор? И Данил? И Соня?... — по мере перечисления имен глаза моего сына становились все шире и шире.

— Все-все, Денис. Все еще спят. И ты поспи еще немного. Я обязательно тебя разбужу, когда придет время. Иди ко мне, — откинув одеяло, я слегка сдвинулась назад, освобождая место сыну.

Немного посомневавшись, он запрыгнул на кровать, прижался ко мне спиной и терпеливо дождался, когда я его укрою одеялом и обниму.

— Только разбуди меня обязательно, — почти даже угрожающе произнес Денис.

— Конечно, — улыбнувшись поцеловала его в макушку и прикрыла глаза. — Будильник не даст нам проспать.

Сын довольно быстро уснул, хоть и казалось, что больше спать не захочет.

Очередная новая жизнь в новой квартире далась нам сложно. Главным образом потому, что мы остались без Жоры.

Месяц назад, когда из страны уехал мой бывший вместе со своими родителями и бизнесом, Жора тоже исчез. Я пыталась его найти, дозвониться до него, достучаться, несколько раз приходила к его квартире и ждала, но он так и не появился.

С одной стороны, я понимала, что это хороший знак — Жора обещал исчезнуть, как только мне и моему сыну перестанет грозит какая-либо опасность. И, отчего-то, я понимала, что могу ему верить.

Но с другой стороны, что за фокусы, Георгий? Нельзя было как нормальному человеку сказать, что так, мол, и так, Варвара, помог, чем мог, дальше сама, а не исчезать в прямом смысле этого слова?

Он даже не взял те деньги, которые сам же и потратил на покупку моей старой квартиры, которую я, впрочем, сама продала и теперь окончательно. Вместо нее купила ту, в которой мы с Дениской основательно и обосновались. Но каждый раз, заходя на кухню, я ловлю себя на мысли о том, что здесь очень не хватает татуированного буйвола, который умеет скручивать розочки из колбасы.

После того, как отвезла Дениса в садик, а сама уехала в агентство, я весь день просидела как на иголках и замучила воспитательницу своими бесконечными звонками и смс-ка о том, всё ли в порядке с моим сыном. И только вечером, когда приехала за ним в садик, чтобы забрать, выдохнула с большим облегчением, увидев совершенно счастливого сына, который почти через полгода вернулся к своим друзьям, по которым скучал каждый день.

— А завтра я тоже в садик поеду? — спросил он, когда я укладывала его вечером спать.

— Конечно, солнце. Теперь ты будешь ходить в садик как раньше.

— Спасибо, мама, — улыбнулся он, закрывая глаза.

— Мне-то за что? — выдохнула я, понуро опустив голову.

Жоре спасибо. Только сказать это «спасибо» нет никакой возможности. Еще немного и я точно решу, что просто придумала себе татуированного бородача, который оттрахтибидохал всю мою реальность так, что превратил ее в комфортную для меня и моего сына нормальность.