Я вышел в приёмную и набрал оператора.

– Прости, не мог говорить. Тут его высочество граф Влад Колов словами тошнил.

– Колов? Иван Петрович, вы не ошиблись? – переспросила Вика, и я представил, как её левая бровь вопросительно взлетает вверх.

– Я только что из его кабинета вышел. Уж, наверное, я уверен.

– Дело в том, что пару минут назад пришла на него лицензия. Доказано участие в многочисленных убийствах с особой жестокостью, в похищениях. Там целый список на трёх листах.

– Опачки!

– Причём приоритет на исполнение именно вами.

Вот ведь неделька выдалась. Отдыхать приходиться в переездах. Раны увеличиваются в геометрической прогрессии. Ребята тоже не обрадуются. После дела Веркиолиса они должны бы сейчас по дачам сидеть. С шашлыком и пивом. А приходиться снова головой в улей лезть.

Да и потом. Фиг с ним, с отдыхом. Не в первый же раз. Но как на меня посмотрит вся эта семейка упырей, когда дражайший «Первый среди равных» неожиданно рассыплется в прах и оставит их сиротами? Что-то мне подсказывало, что не добрыми глазами посмотрят. Хорошо ещё, если удастся живым выбраться. А отказаться нельзя. Личный приоритет – это, читай, приказ начальства. Он не обсуждается.

Смущал и уровень объекта. Как бы не мерзок был Колов, он не шёл ни в какое сравнение со взбесившимся упырём из клоаки. Его смерть способна начать войну. И оборотни прибыли в самый неподходящий момент. Они ведь станут главными виновниками. А моё имя просто потонет в бесконечно шуме новостного потока. Или не потонет? Может, неспроста именно мне выпало расправиться с графом? В любом случае, одно было ясно – это не совпадение.

– Ты уверена, что именно Влада Колова нужно ликвидировать? Может, опечатка? – потянул я за последнюю ниточку надежды.

– Я знала, что вы спросите, и уточнила у Валерия Натановича. А он уточнил у генерального штаба. Ошибки нет.

– Ну что тут сказать. Скоро перезвоню.

Я убрал телефон и достал пистолет. После перестрелки в кафе я его ещё не перезаряжал. Тогда в магазине были патроны с железными пулями. Привидениям такие очень не нравятся. Теперь снова пригодятся серебряные. Дорогие, но что поделать. За вампиров приличные премиальные выписывают.

– Обороняйте вход, – приказал я пальцам и передёрнул затвор. – У нас неожиданно появилось ещё одно дельце.

Помощники распределились по всем укрытиям, какие смогли найти. Колонны, массивные цветочные вазы. Один встал позади двери в коридор. А водитель зарылся между журнальным столом и дальним углом комнаты. Оружие он с собой не носил и теперь выглядел как живая мишень из тира. И отступить уже не мог. Не успеет.

Колов стоял точно в такой же позе, какой я его оставил. Разве только ещё приблизился к стеклу. Когда я вошёл, он не шелохнулся. Только спросил поставленным баритоном:

– Вы передумали, я полагаю. Люди так непостоянны. От этого и проще вам, и тяжелей. Я полагал, что вы уже покинули мой замок.

Пока он болтал, я подошёл достаточно близко. Остановился на секунду. Его Тара нападёт на меня сразу после первого выстрела. Ядовита ли она, я не имел ни малейшего понятия. Когда-то в школе нам рассказывала беременная учительница географии, что на юге каждая тварь, даже самая крошечная, только того и ждёт, чтобы убить тебя. «Они там все ядовиты и о-о-очень опасны» – говорила. Как будто мы тогда готовились в круиз по экваториальным рекам. Но ведь остались эти слова в голове, как ни крути. Значит, Тара – ядовитая гадость. А убить её первой, так Колов нападёт. Тоже не самое приятное – сражаться с многовековым упырём.

– А, понимаю. Вы не передумали. Вы пришли убивать. Тара!

Слишком долго думал, дурак! Я вскинул пистолет. Шар тела паука взмыл над полом. Тонкие лапки несли его с удивительной скоростью. Прицелиться не получалось. Предугадать движение – тоже. Тара зигзагами добралась до стены и пробежалась по ней с той же лёгкостью, что и по полу. С другой стороны заходил упырь. Он не спешил. Смаковал мою растерянность.

Тара прыгнула! Я на долю секунды увидел, как её челюсть на пузе из шести клыков разомкнулась. Долю секунды. Но мне этого хватило. Прямая траектория. Выстрел. Пуля проскочила точно в рот и с плеском зелёной слизи пробила панцирь с другой стороны.

Пуля не остановила полёт Тары. Безжизненная и удивительно тяжёлая туша влетела в меня со всего хода. Боль в ранах остро напомнила, что ведьмы не всесильны.

Я согнулся. Упырь использовал момент и, будто в танце, приблизился. Схватил за горло. Поднял над полом. Воздуха не хватало. Позвонки, готовясь разомкнуться, угрожающе хрустнули.

– Ты дурак. Ветров! – гневно кричал он. – Как ты стал майором!? Ты ведь ничего не понимаешь! Меня надо защищать. Без меня всё рухнет. Но ты сторону выбрал, так что сгинешь в моих руках. И я уже чувствую, как твоя жизнь уходит…