Случись такое, судно было бы переоборудовано в бронированный транспорт для перевозки солдат – с «десятком бутылей „Дом Периньон“» и одним биде на каждую сотню призывников», как выразился капитан в шоу «Сегодня вечером».

В душевой капитана посетили и другие мысли, но все они были подсказаны ему Эрнандо Крусом. К примеру: если круиз будет отменен, сомневаться в чем уже почти не приходилось, то Крус и несколько человек из команды отведут корабль в топкую часть дельты и оставят там на приколе, подальше от мародеров. Крус полагал, что самому капитану нет резона плыть с ними для выполнения этой миссии.

Буде же преисподняя разверзнется у них под ногами и нигде поблизости от города для судна не найдется безопасного места, Крус намеревался отвести его на военную базу, размещавшуюся на Бальтре, одном из островов Галапагосского архипелага. И в этом случае также Крус не видел для капитана надобности лично отправляться в подобное плавание.

Либо, случись знаменитостям из Нью-Йорка все-таки, вопреки ожиданиям, прибыть назавтра утром, присутствие капитана на борту было бы жизненно необходимо: чтобы приветствовать и ободрять пассажиров. В ожидании их прибытия Крус отведет «Bahia de Darwin» от берега и поставит на якорь, подобно колумбийскому сухогрузу «Сан Матео», и вновь подойдет к причалу, только убедившись, что знаменитости появились и готовы к посадке. После погрузки он поскорее выйдет в открытый океан, где гости будут в безопасности, и затем, в зависимости от полученных известий, быть может, действительно отправится с ними в обещанный вояж на острова.

Вероятнее, однако, было следующее: он доставит их в какое-нибудь более спокойное место, чем Гуаякиль, – но только, разумеется, не в порты Перу, Чили или Колумбии, то есть всего западного побережья Южной Америки. Ибо жители всех этих стран были доведены до отчаяния не меньше – если не больше, – чем население Эквадора.

Разве что в Панаму.

В случае необходимости Эрнандо Крус намерен был доставить компанию знаменитостей аж в Сан-Диего. Провизии, топлива и воды на судне даже для столь долгого плавания было предостаточно. А пассажиры могли бы звонить с корабля своим друзьям и родственникам, сообщая, что, какие бы страшные вести ни приходили со всех концов мира, они тут живут, как обычно, припеваючи.

Единственный план на случай чрезвычайной ситуации, которого капитан, плескаясь под душем, не учел, заключался в том, что ему самому предстоит взять на себя всю полноту командования судном, заручась поддержкой лишь Мэри Хепберн, – и посадить его на прибрежные скалы Санта Росалии, которой суждено стать колыбелью нового человечества.

Приведу цитату, которая была хорошо известна «Мандараксу»:

Да, но с равной легкостью небольшое упущение может повлечь за собой и приятные последствия. Отсутствие Эрнандо Круса на борту «Bahia de Darwin» обернулось для человечества спасением. Крус никогда бы не посадил корабль на камни возле Санта Росалии.

Теперь же он удалялся прочь от причала на своем «Кадиллаке Эльдорадо», багажник которого был под завязку набит деликатесами, предназначавшимися для «Естествоиспытательского круиза века». Всю эту провизию для своей семьи он украл на рассвете, задолго до того, как пристань окружили войска и голодные толпы.

Его автомобиль, купленный на доходы, незаконно нажитые им в ходе оснастки и экипировки «Bahia de Darwin», назывался так же, как и отель, – тем самым именем, которое носил легендарный город несметных богатств и возможностей, что искали, но так и не сумели найти его испанские предки. Предки имели обыкновение пытать индейцев, чтобы те открыли им, где находится Эльдорадо.

Трудно представить, чтобы кто-то стал пытать кого-то в наше время. Для начала – как схватить того, кого вы пожелали бы подвергнуть пытке, с помощью одних плавников и рта? Как вообще вести охоту за человеком, когда люди умеют так быстро плавать и подолгу оставаться под водою? Тот, кого вы решились бы преследовать, будет внешне почти неотличим от любого другого и может спрятаться, где угодно и на какой угодно глубине.

Итак, Эрнандо Крус сделал свое малое дело на благо человечества.

Перуанским военно-воздушным силам также вскоре предстояло внести свою лепту – но не ранее шести часов вечера, уже после смерти *Эндрю Макинтоша и *3енджи Хирогуши, – когда Перу объявила войну Эквадору. Перу находилась в состоянии банкротства на две недели дольше, чем Эквадор, поэтому голод там свирепствовал гораздо сильнее. Перуанские пехотинцы разбегались по домам, прихватывая с собой оружие. Лишь небольшие военно-воздушные силы сохраняли еще боеспособность, и военная хунта поддерживала их в этом состоянии, подкармливая лучшими из оставшихся продовольственных запасов.