Кульминацией этого авантюрного вояжа за океан стало посещение Аляски.

67. УРА! ПАПА, ПАПА ПРИЕХАЛ!

«Куба — любовь моя» — задушевно и духоподъемно пели Кобзон и Магомаев популярную советскую песню Пахмутовой, написанную к приезду Фиделя в город Братск в 1962 году. Влюбиться в остров Свободы, действительно, было немудрено, и автор сам стал невинной жертвой этой любви, кажется, в 1989 г., когда был отправлен руководством родного заведения в педагогический институт Сантьяго-де-Куба для «обмена опытом».

Рай, не рай на земле, но бескрайние песчаные пляжи, лазурное море, страстные танцы и «жгучеглазые» мулатки и метиски, покачивавшие бедрами под звуки самбы, неугомонное веселье не очень богатых и не всегда сытых кубинцев поразили тогда до глубины души. Видя с утра в общественном транспорте Петербурга мрачные, подчас ненавидящие весь белый свет, лица наших людей, думаешь, чего же вам не хватает родимые? Может быть, не «позавтракамши» сегодня или ни копейки не осталось в кармане? Так нет же! Скорее всего, в наших лицах — сублимированное выражение вековых социальных передряг, «дарованных» царскими и большевистскими менеджерами, горбачевско-ельцинскими реформаторами (типа «Чубайса») и пр. и пр.

Впрочем, не станем забывать и о суровой северной природе, не очень ласковой к земле и человеку, о многих землях, где вообще редко угадывается солнце (то есть, о географий). Между прочим, какие-нибудь финны или норвежцы также не пляшут зажигательные мамбо и ча-ча-ча, не слышно там и ритмов африканских барабанов и испанской гитары, а все потому, что страстный темперамент, как не крути, зависит от жаркого солнца. (Все это называется географическим детерминизмом, который наши старшие коллеги поторопились списать в «утиль»).

Автору тогда удалось познакомиться с Гаваной, насквозь пропитанной историей и солеными брызгами, с историческими крепостями и фортами, помнящими испанских конкистадоров и «романтических» флибустьеров. Эти набережные помнят Хемингуэя, Хосе Марти, Че Гевару. Посчастливилось посетить и другую столицу — столицу развлечений — Барадеро. Не надо думать, что это только злачное место со своими пляжами с белоснежным песком и водой небесного цвета, кубинским ромом, сигарами, фигуристыми кубинками и танцами до упаду (то есть — утра). Утонченные лица имеют возможность в Ла-куева-де-Амброзио осмотреть знаменитую пещеру с наскальной живописью древних индейцев, которые когда-то проживали на этой территории, старинный форт Фуерте Эспанейол, церковь Иглесиа-де-Санта-Эльвира и другие места.

Конечно, за два месяца нам не удалось обозреть весть Остров Свободы (кстати, для географа, хорошо осведомленного о том, что Куба состоит из 4000 (!) средних и маленьких островов, это выражение не очень приемлемо). Так, не свезло побывать в Матанзасе, втором по величине городе — кубинской Венеции, расположенной на пересечении рек и славящейся мостами; в Тринидаде — древнейшем городе, смахивающем на музей под открытым небом (каменные мостовые, резные окна и кованые ограждения); на легендарном острове Пинос (сейчас Хувентуд), где жил Хосе Марти, сидел в тюрьме Фидель Кастро и где, согласно преданиям, до сих пор хранятся пиратские сокровища и т. д.

Большая часть времени была проведена нами в Сантъяго-де-Куба — первой столице острова Свободы, где нам предстояло читать лекции и обмениваться опытом в местном педагогическом институте. Поселили в нормальной гостинице (как потом оказалось, в бывшем борделе), на крутом уступе Атлантики, где глубина в двухстах метров от берега уже превышала 1 км. Настоящая жуть!

Вообще о кубинских впечатлениях — можно рассказывать бесконечно, но, памятуя о нашем жанре, остановимся лишь на нескольких забавных моментах.

А они начались буквально на следующий день, когда Исабель — жизнерадостная кареокая переводчица (о таких говорят — «глубокий омут»), сидевшая на заднем сидении автомобиля и державшая на руках годовалую, очень уж смуглую дочурку по имени Эмми, вдруг обратилась с явно «провокационным» вопросом:

— А, правда, Юрий, моя дочь очень похожа на маленькую обезьянку?

Неожиданный по смыслу вопрос поставил автора в полный тупик, поскольку в нашей традиции сравнить ребенка, да и человека с обезьяной — значит оскорбить его, нанести душевную рану. Пришлось «выкручиваться», дав уклончивый ответ, типа: «.ваш ребенок, Исабель, действительно, очарователен».

Не скрою, поразил детсадовский уровень кубинских анекдотов. Складывалось впечатление, что их содержание — не главное, более важно, как их рассказывают, какие жесты и мимику при этом демонстрируют. Вот несколько из них.

1. Подобно тому, как едва ли не в каждой советской школе был бюст Ленина, так и в каждой кубинской непременно имеется бюст Хосе Марти. И вот учитель истории спрашивает мальчика Пепито:

— Скажи дорогой, где нашел свой последний приют наш национальный герой, то есть где он умер?