Пока они празднуют, быстро съезжу, заберу Гулю Возможно, Роман успеет нас там перехватить, ему и отдам на поруки. Да и всяко- с охраной безопаснее.

" Ракета" оказался не клубом, а районной алко- забегаловкой. Пьяные лица как по команде вскинулись от бара и бильярдных столов, когда я вошла. В коротком платье из серебристых пайеток я смотрелась здесь чужеродно. Повернутые мне вслед головы и свист были тому подтверждением.

Гули нигде не было. Это шутка? Или я не успела. Но тут из небольшой двери у барной стойки выглянул высокий темноволосый парень в растянутом свитере и черных джинсах:

– Это ты -Лера- осклабился он, лапая меня взглядом.

– Да, я. Где Гуля?- решила сразу перейти к делу.

– Пойдем- кивнул он на дверь, заходя внутрь. С мгновение поколебавшись, последовала за ним. Длинный полутемный коридор, несколько дверей по правую и левую сторону. Кажется, помещение по ту сторону зала было гораздо больше него самого. Тусклый свет синих ламп, мигая, освещал путь. Мне стало немного страшно, но я успокоила себя- забираю Гулю и уезжаю. Да и Роман должен с минуты на минуту быть, скорее всего. По крайней мере, я очень на это надеялась. Наконец, мой провожатый открыл большую дверь в конце коридора, и посторонился, пропуская меня вперед.

В небольшом помещении было накурено. На диване перед низеньким столиком сидело трое парней, неподалеку на кожаном кресле развалился четвертый, светловолосый, с наглым взглядом. Гули нигде не было видно. Я занервничала:

– Гуля сейчас подойдет, не волнуйся. Мы только с виду такие страшные - начал светловолосый - садись, подожди.

Не зная, верить ли им, всё же присела.

– Говорят, днюха у тебя сегодня?- пытливо продолжал изучать меня взглядом блондин. В ответ на мой утвердительный кивок, оскалился в улыбке - Че, поздравляем. Правда, пацаны?

Те грубо засмеялись в ответ, кивая головами. Липкие щупальца страха поползли вдоль позвоночника:

– Я наверно.... пойду.... скажите, что я на улице жду её. В машине - попыталась было встать, но тут же меня удержали несколько рук, стараясь ухватить за грудь или огладить бедра.

– Не, ты че. Кто ж уходит со своего праздника? Мы ж только начали....

****

– На, держи- это бонус за подгон- маленький юркий тип передал пакетик с белыми кристалликами Гуле, что пьяно стряхивала пепел с сигареты.

– С ней точно всё будет хорошо?
– заплетающимся языком спросила, теряясь между реальностью и наступающим кайфом.

– А кому с нами плохо было?- ухмыльнулся тип, и тут же посерьёзнел- но смотри- ляпнешь что, вон там- кивнул он на мусорку- по частям найдут, усекла?

Гуля кивнула, ощущая, как голова становится невесомой, а ноги отрываются от земли. Заметив ее остекленевший взгляд, тип оглянулся по сторонам, проверил отсутствие камер наверху, а затем придвинулся к ней поближе:

– У меня тут еще с собой есть, хочешь?

Гуля вновь кивнула, пытаясь стряхнуть оцепенение.

– Хорошая девочка, пойдем в машину, я тут недалеко парканулся. Поработаешь ротиком- отблагодарю- он помахал перед ее носом ещё одним маленьким прозрачным пакетиком, направившись к машине.

И Гуля послушно поплелась следом.

***

"Пей давай, сучка!"

"Да нос ей, нах..й, зажми и всё!"

Громкие голоса доносились будто откуда-то издалека, вызывая головную боль. Реальность плыла перед глазами - вместо мужского лица, нависавшего надо мной, мне мерещился волчий оскал. Узкие красные щелочки глаз, длинные острые зубы, с которых капала слюна, черная взлохмаченная шерсть...На задворках угасающего сознания мелькнуло воспоминание- такой волк был вышит на джинсовой безрукавке одного из уродов.

" Давай, тут вот подпись поставь".

Я послушно, безвольно, словно сломанная кукла, выполняла всё, что от меня требуют.

"молодец, хорошая девочка" - меня больно потрепала по щеке чья-то холодная рука.

"Ну, кто первым будет, парни?"- раздалось пьяное. Гул в ушах усилился, будто огромный самолет, нависая, кружил надо мной. Сердце учащенно забилось- всё, умираю. О нежелательности любого вида сильных эмоций все годы дружно твердили врачи и опекуны. Поэтому Стелла так плакала, когда я решила жить отдельно, с Гулей.

Боже, Гуля! Где она, что с ней?!

Но тут меня подхватив на руки, куда-то понесли. Умом я понимала, что должна сопротивляться, сражаться. Я понимала, что сейчас произойдет непоправимое....а телом...я была не то, что обездвижена- я словно откуда-то сверху наблюдала за всем происходящим, паря в легкости и расслабленности. Эмоции притупились, но сердце все равно продолжало неистово биться, раненой, пойманной в силки, птицей.

The man

Святослав: