– Чего ты там, уснула? – дверь со стороны молодой женщины распахнулась. Влажный, весенний воздух ворвался в салон автомобиля. Яна нервно поежилась. Глянула на дочку – та, пробудившись ото сна, терла кулачками глаза. Не вовремя заснула малышка. Будто подтверждая опасения матери, Майя жалобно захныкала:

– На лучки!

– Идем к папочке, – Карим протянул смуглые, мускулистые руки, желая забрать дочку, однако та протестующее завопила:

– Мама!!!

Яна, подавив усталый вздох, освободила Майю от ремней детского кресла и взяла дочку на руки. Малышка, притихнув, прижалась губами к щеке матери и начала слюнявить её. Яна понимала, что это значит – дочка ждала, когда её покормят грудью.

– К папочке не получилось, – усмехнулся Карим, доставая с багажника две большие сумки. – Идем.

Мужчина кивнул головой в сторону дома. Стоило Яне сделать шаг, как дверь широко распахнулась, и из подъезда вышла целая делегация. Помимо родителей Карима, Яна успела заметить и младшего брата мужа с женой. Прежде, молодая женщина видела их лишь на фото, что хранились у мужа.

– Карим, сынок! – невысокая, коренастая брюнетка ринулась к старшему сыну и буквально повисла на крепкой шее Карима. Глядя на них, Яна испытывала щемящее чувство умиления. Это было так трогательно – наблюдать, как любимый мужчина воссоединяется со своей семьей.

– А это, надо полагать, Яна! – мать Карима, оторвавшись от сына, окинула невестку пронзительным взглядом черных глаз. Тонкие губы свекрови дрогнули в улыбке:

– А это – моя маленькая внученька!

Женщина решительно подошла к Яне, по-прежнему держащей на руках малышку.

– Я – Гульнара, а это, – она кивнула головой в сторону остальных, кольцом обступивших Карима, – мой муж, Эмиль, мой младший сын, Руслан и его жена Алсу. Добро пожаловать домой. Если хочешь, можешь звать меня мамой.

– Рада познакомиться с вами, – Яна, чуть улыбнувшись, послала взор Кариму, но тот, о чем-то весело беседующий с родными, не заметил её.

– Вы, наверное, очень устали с дороги? – свекровь понимающе улыбнулась. – Давай я отнесу Майю к себе, пока вы будете распаковывать вещи. Пойдешь к эбикай? (татар. бабушка)

Гульнара протянула руки к малышке. Та, испугавшись, заплакала и обхватила свою маму за шею с такой силой, что Яна закашлялась. Лишь тогда Карим, наконец, обратил внимание на свою жену и ребенка.

– Ну, будет тебе, маленькая, – Гульнара покачала головой, – ничего, мы еще с тобой подружимся. Идемте в дом, я приготовила беляши.

– Идем, Яна, – Карим послал жене теплую улыбку.

Она, продолжая бережно держать на своих руках дочку, с волнением в сердце, пошла за мужем. Родня, взяв обещание, что гости спустятся на беляши, скрылась за дверями квартиры, что была на первом этаже. В подъезде мягким светом горели лампочки, и витал аппетитный аромат пирогов. И хотя дом был старым, внутри было чисто и аккуратно. Было видно, что недавно стены и ступени были покрашены. Да, кое-где, были заметны трещины, которые невозможно было скрыть никакой грунтовкой и краской, но Яна не придала этому значению. Она старалась придерживаться того мышления, которое выбрала для себя, еще, будучи молоденькой девушкой. И смысл этого мышления заключался в том, чтобы во всем искать что-то хорошее.

Вот и сейчас, несмотря на усталость и кричащую в ухо Майю, Яна пыталась отыскать что-то хорошее. Вот, например, ступени. Да, ступени. Они были невысокими, что было очень удобно для только начавшей ходить Майи. Не то, что в прежнем доме. А вот еще один плюс – на окнах пышными кустами расположились горшки с цветами.

Как-то незаметно для самой себя, Яна поднялась на второй этаж. До слуха молодой женщины донесся звук проворачиваемых в скважине ключей. Следом раздался протяжный скрип открываемой двери. Яна, затаив дыхание, перешагнула через порог своего нового дома.

Первое, что уловила молодая женщина – запах хлорки. Он не был слишком сильным, но оказался достаточным, чтобы создать ощущение, что ты находишься в больничном учреждении. Молодая женщина закашлялась.

– Мама здесь, конечно, уже прибралась, – Карим, включив свет в коридоре, свалил сумки в угол. Встав рядом с Яной, мужчина обвел помещение внимательным взглядом – все было просто и аккуратно. Ровные стены, потолок без признаков протекания. Большего и не нужно. Обернувшись, мужчина задал вопрос жене:

– Как тебе, а? Хоромы, не то, что раньше.

– Да, здесь просторно, – робкая улыбка коснулась полных губ Яны. Женщина обвела внимательным взором коридор, стены, высокие потолки. Майя, не унимаясь, еще громче заплакала. Яна, ощущая, как усталость и одновременно раздражение, окутывает её с головы до ног, тяжело вздохнула:

– Майя сейчас совсем раскричится.

– Пойдем скорее, – мужчина, скинув кроссовки, пошел прямо по коридору. Открыв дверь, Карим изрек:

– А вот и наша спальня.