Короче говоря, немного пораскинув мозгами, решил я дождаться момента, когда трактирщик пойдет узнать что там на кухне случилось. Не мог не пойти, вон, некоторые из клиентов уже интересовались, где, мол, жрачка.

Так и случилось. Не прошло и десятка минут, как трактирщик направился в мою сторону. Я, как мог быстро, отошел назад и затаился в той самой нише, в которой скрывалась дверь, ведущая в погреб. Дождался, когда мужик доберется до кухни, замрет на секунду в дверях, впечатлившись разгромом, что там случился. И напал сзади. Никаких захватов, никаких попыток придушить. Я был уже ученым, поэтому просто шандарахнул его по затылку какой-то увесистой хреновиной, заблаговременно стянутой с кухни. Ну а остальное было делом техники. Я дотащил крепкое тело трактирщика до того самого погреба, в котором держали меня. После чего крепко-накрепко связал его же поясом, а затем привел в чувства, вылив на голову воду из ведра, находившегося тут же. Подозреваю, что того самого, при помощи которого в чувства приводили уже меня. А затем, мы обстоятельно поговорили. Я до сих пор был на взводе, моя душа жаждала отмщения, поэтому разговор получился крайне неприятным и очень болезненным для моего собеседника. Ну а что? Я в своем праве.

В общем, как я и подозревал, Гральф тут оказался совершенно не причем. А вот стражники — очень даже. Они давно и плотно сотрудничали с бандой этого вот голубчика, с которым мы так плотно только что побеседовали. Каково, а?

Узнав все что мне было нужно, в том числе, где расположен общак банды, я покинул этот мерзкий притон. Оставив напоследок в память о себе пару огненных подарочков на кухне и в погребе.

По-хорошему, конечно стоило бы сразу наведаться к продажным стражникам, но я так устал от всех этих дневных, а затем и ночных приключений, что душа требовала отдыха. Поэтому, я забежал в «Голубчика», убедился, что все в порядке и Ромчика никто не обижает. А затем, отведя Гральфа в сторону, тихим голосом так, чтобы его жена не услышала, поинтересовался где находится ближайший качественный бордель. Естественно, что хозяин трактира не мог не знать подобных вещей, поэтому сходу предложил несколько вариантов. Я выбрал тот, что назывался «Водная Лилия».

Правда, прежде чем туда идти, я все же обратился к хозяину «Голубчика» с просьбой помочь с браслетами. Мол, неприлично же с такими украшениями да к леди в гости идти. Пусть они те еще ляди. Что мне понравилось — Гральф не стал задавать никаких вопросов, лишь задумчиво покачал головой. С кандалами, кстати, он справился играючи. Видно было, что имелся у него некоторый опыт.

Про сам бордель и времяпрепровождение в нем ничего особого не скажу, кроме того, что оставил там целый золотой и утомил одну из девочек до такой степени, что бедняжка прямо подо мною и уснула. Нет, я не хвастаюсь, просто молодое тело и заклинание исцеления снова сделали свое дело.

Бордель я покинул уже глубокой ночью, изрядно удивив местного вышибалу. Но, так как я уже внес оплату наперед и обратно деньги свои не требовал, то меня никто не задерживал, и вопросов никаких не задавал. Что меня полностью устраивало.

Ночной Фельск мало чем отличался от любого другого местного населенного пункта. До уличного освещения тут еще не доросли, а изредка встречающиеся фонари над заведениями, работающими преимущественно ночью, картины особо не меняли. Зато, подобно мошкаре, у этих самых фонарей любил кучковаться разнообразный сброд, непонятно (а иногда и понятно) что забывший на улице посреди ночи. Так что, как ни парадоксально, честному человеку было выгоднее держаться там, где потемнее.

Меня же, благодаря дару очаровательной незнакомки, все эти проблемы не касались. Поэтому, шел я уверено, по сторонам смотрел мало. Единственно, что дабы лишний раз не искушать судьбу, шел под маскировкой. Нет, я не боялся местную шпану, которую здорово обнаруживало измененное заклинание поиска. Просто, не видел смысла в поиске проблем на пустом месте. Тем более, что, итак, собирался в скором времени влезть в оные по самую макушку.

Привратная стража в Фельске делилась на ночную и дневную смены. Ночная заступала на дежурство с закрытием городских ворот и сторожила всю ночь и до полудня. Дневной же доставалось все оставшееся время. Такой перекос во времени дежурства был обусловлен тем, что ночная смена считалась «козырной», а на долю дневной сваливалась большая часть работы с прибывающими и убывающими людьми. Что же касается обычной стражи, то об этом я у плохиша-трактирщика как-то забыл поинтересоваться. А потом он умер и уже не мог отвечать на мои вопросы.

Если кто еще не понял — та группа стражников, что продала меня бандитам, принадлежала как раз к ночной смене. И сейчас была на дежурстве. И именно к ним в гости я и направлялся.

Площадь перед воротами встретила меня тишиной и полным отсутствием людей. Хотя, пара стражников обязана была сторожить ворота даже в ночное время. Но я не зря назвал эту смену «козырной». На самом деле, работать ребятам приходилось лишь часик вечером и несколько часов с утра. А все оставшееся время они спокойно могли предаваться ничегонеделанию в кордегардии. И знаете что? А я совсем не удивлен. Люди везде есть люди. Со своими пороками и желаниями. И желание ничего не делать, но получать за это деньги вполне объяснимо. Впрочем, лично меня профессионализм или его отсутствие у горе-стражников ничуть не касался. Хотя нет, вру. Делай они все по уставу, мне было бы намного сложнее провернуть задуманное.

Кордегардию, благодаря разговорчивому бандиту, я нашел без особых проблем. Она состояла из нескольких комнат и склада. Первая комната представляла собой нечто вроде дежурки, где, по изначальной задумке, должны были находиться два курьера, в чью задачу входило оповещение военного руководства города о количестве и составе замеченного противника. Далее шло помещение, в котором размещалась непосредственно дежурная смена. Тут стражники могли немного передохнуть и перекусить. Еще в кордегардии, за отдельной дверью, имелась винтовая лестница, ведущая в помещение наверху башни. Предназначено оно было для двух наблюдателей, чьей задаче было внимательно следить за тем, чтобы вражина не подкрался к городу незаметно. Там же находился и механизм управления колоколом, в который били в случае обнаружения супостата.

Пройдя мимо запертых на мощные засовы ворот, я аккуратненько заглянул в бойницу сторожки и чуть не задохнулся — мне в лицо дохнуло таким перегарищем, что аж глаза заслезились. И это при том, что я старался держаться на расстоянии, дабы не попасться, ненароком, на глаза неусыпным стражам. Но мог бы не стараться — неусыпная стража крепко спала.

Внутрь я вошел, стараясь дышать только ртом. Изначально я планировал умыкнуть всех причастных и хорошенько допросить, но из-за газовой атаки понял, что это будет нереализуемо. Поэтому пришлось импровизировать. На мое счастье, самого главного говнюка — гундосого Ревта, я нашел в этой самой комнате. Именно он был первоисточником того самого амбре, что заполонило всю дежурку.