— Думала, Талек, — наконец ответила она. — Видимо, придется все же возвращаться в Фарвис. Там у меня тетка осталась. Я у них как раз жила, до… До всего этого. Авось не прогонят, — в голосе девчонки сквозило явное сомнение. — Это все же лучше, чем… Чем по-другому, — сумбурно закончила она, но я прекрасно понял, что именно имелось ввиду.

— Как ты смотришь на то, чтобы поступить ко мне на службу? — решил я пока не приоткрывать перед нею некоторые карты.

— А что именно я должна буду делать? — мне послышалась в ее голосе некоторая тревога, от которой даже обидно стало. И за кого меня эта пигалица принимает? За подонка, готового воспользоваться женской слабостью? Хотя, чего это я так возмущаюсь? Девчонка мыслит вполне в реалиях своего времени. Есть какой-то странный молодой человек, вроде бы дворянин, однако теперь скрывающийся. Она явно ему в ночь их близости пришлась по душе. А сейчас, когда она оказалась в столь незавидном положении, любой сообразительный мужчина не упустил бы возможности заполучить полностью зависимую от него игрушку для удовлетворения своих потребностей. Мерзко, конечно, но таковы были реалии этого мира. И пусть женщины тут были не столь бесправными, как в нашем средневековье, но — это только де-юре. Де-факто же, ситуация была примерно такой же.

— Та ночь, проведенная с тобою, мне понравилась, — решил я прояснить сложившуюся ситуацию. — И я был бы не против повторить ее, врать не буду. И не раз. — Когда я это сказал, в глазах Ирвоны промелькнуло нечто вроде: «Так я и думала, всем вам, мужикам нужно одно и то же». — Только заставлять тебя ублажать себя я не собираюсь. Мне в походе, да и по приезду в столицу, нужна будет помощница. Ну, знаешь, — я неопределенно рукой махнул, — приготовить еду, помыть посуду, обстирать меня, починить одежду, ну и по мелочи. А делить ли со мной постель — это уж решай сама. Я в этом деле человек непритязательный. Могу и до столицы потерпеть. Там, говорят, много отличных борделей имеется. Что же касается оплаты. То скупостью я не отличаюсь, ты должна помнить. Так что в этом вопросе тебя не обижу.

Да, мое предложение было крайне странным. Ирвона дурой не была и прекрасно осознавала, что большинство перечисленных мною задач, в походе выполняются либо мной самим, либо наемниками. В городе же такой богатый господин, как я (еще бы, по золотому за ночь любви плачу) может позволить себе служанку получше и порасторопнее. В альтруизм девушка не верила (и, что скорее всего, даже такого слова не знала), а значит было что-то еще, зачем она могла мне понадобится. Только вот я сам открыто поднял тему постельных взаимоотношений, чем окончательно сбил ее с толку.

— Не ищи подвоха там, где его нет, — с небольшой улыбкой посоветовал я ей. — Если тебе нужно время подумать, то у тебя оно есть. Завтра, перед нашим отбытием дашь ответ. — Сказав эти слова, я поднялся на ноги. Разговоры разговорами, но и дела делать нужно. Да и выбрать себе кровать поудобнее тоже. Эх, знали бы вы, как я за время нашего недолгого перехода соскучился по нормальным, пусть и укрытым всего лишь соломой, кроватям.

— Господин… Талек, — догнал меня уже в коридоре оклик девчонки. Я не стал останавливаться или оборачиваться, лишь бросил через плечо:

— Думай. После ответ дашь. — И вышел.

Девчонка сама должна взвесить все за и против и принять решение. Чтобы в последствии, если вдруг что случится (а из-за интереса Хаймат к Ирвоне я подобное вполне допускал), оно было только ее. Да, может это немного трусливо с моей стороны. Я ведь прекрасно понимал, что деваться ей некуда. И между непонятным будущим в Фарвисе (до которого, к слову, еще добраться нужно), где ее все недолюбливают и странным предложением не менее странного дворянина, она выберет второе. Я, хотя бы, однажды был добр с нею. В Фарвисе же ее просто терпели, не более. А трактирщик, тот вообще пользовался ее красотой для того, чтобы потуже набить свою мошну.

Инспекция не затянулась надолго. Я лично осмотрел все дома на хуторе, просканировал их заклинаниями поиска (найдя при этом один небольшой тайник с золотыми и серебряными монетами). Убедился в смерти всех домашних животных, что тут имелись. Запретил, на всякий случай, своим ребятам трогать местные продукты животного происхождения. Опоздал, конечно, с подобным решением, однако, судя по тому, что ничего плохого с бывшими пленниками, которые вовсю пользовались запасами своих пленителей, не случилось даже следующим утром, перестраховывался напрасно. Распорядился выделить бывшим узникам под ночевку дальний из домов. После чего, немного посовещавшись с Карвеном, приказал выставить караул. Так, на всякий случай. После чего, поужинав из наших запасов, отправился на боковую.

Уже почти заснув, я почувствовал, что ко мне под одеяло скользнуло чье-то обнаженное, пахнущее свежестью и травами, тело. Я лишь усмехнулся предусмотрительности Карвена, решившего, что мой приказ о том, чтобы не впускать никого постороннего в дом не касается одной рыжей личности.

— Я согласна на твое предложение, Талек, — жарко шепнула эта самая личность мне на ухо.

— А то я не понял, — прошептал я в ответ, прижимая к себе одной рукой стройное девичье тело, а другой плавно проводя вниз, вдоль ее живота.

Не знаю, то ли это общая усталость от похода так на меня подействовала. Или все дело в слишком активно проведенной ночи, но проснулся я намного позже, чем планировал. Хотел, было, уже бежать ругать Карвена за то, что не разбудил, когда просили. Однако, вскоре, нащупав рядом горячее и полностью обнаженное женское тело, все же решил, что житейски мудрый и опытный наемник сделал все верно. Нам, по сути, спешить было некуда, и мы могли позволить себе небольшую задержку.