Покачав головой, Пэт решила справиться с этим, как со снятием повязки, и вместо медленного стриптиза, просто схватила низ ее рубашки, потянула вверх, через голову и сняла.

«Та-да». Это должно было быть шуткой, но ни один из них не смеялся. Санто точно нет. Его глаза наполнились серебром, как будто жидкая ртуть разливалась, чтобы покрыть черноту. Это сбивало с толку, но не так сбивало с толку, как когда он внезапно двинулся к ней, используя свою бессмертную скорость. В одну минуту он лениво прислонялся к двери, а в следующую оказался всего в нескольких дюймах от нее, и она была вынуждена запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Пэт нравился его рост, но если серьезно, иногда это могло причинять боль, как сейчас, когда она была уверена, что у нее сломается шея, если ей придется продолжать смотреть на него вот так, подумала она, а затем посмотрела вниз. когда он взял рубашку из ее безвольной руки.

Она смотрела, как он наклонился мимо нее, чтобы положить рубашку на стол, а затем повернулся к ней лицом, А потом внезапно упал перед ней на колени. На самом деле так даже лучше, решила Пэт, немного расслабившись. По крайней мере, у нее не сломается шея, о которой она так беспокоилась, подумала она и смотрела, как он осматривает ее, его глаза путешествовали по каждому дюйму обнаженной плоти. Она почти чувствовала его взгляд, как физическое прикосновение, когда он скользил по ее коже, и ее тело реагировало так, как если бы он это делал. Ее соски еще больше затвердели, мышцы живота напряглись, а по спине побежали мурашки. Пэт терпела это до тех пор, пока она просто не могла больше терпеть, а затем она потянулась к нему.

Санто тут же схватил ее за руки, не давая ей прикоснуться к себе. Он слегка, но крепко сжал ее руки, облизал губы, а затем прорычал: «Сними лифчик».

Пэт могла бы возмутиться, если бы его голос не звучал так измученно, но он звучал так же взволнованно, как и ее. Поэтому, когда он отпустил ее руки, она завела их за спину и расстегнула лифчик. Затем она немного помедлила, поймав концы лифчика, чтобы удержать его на месте, но, наконец, заставила себя отпустить их и позволила тонкой ткани соскользнуть с ее рук на пол между ними. Затем Пэт молча стояла перед ним. Ожидая.

Санто ненадолго закрыл глаза, как будто ее вид обжег его роговицу. Когда он снова открыл их, они сверкали блестящим серебром, и в них не осталось ни капли черного. Его голос был грубым рычанием, когда он сказал: «Я хочу попробовать тебя на вкус».

Пэт с облегчением потянулась к нему, но он снова схватил ее за руки, чтобы остановить. Разведя их в стороны, он наклонился вперед и поймал губами один сосок. Она смотрела, как он исчезает в его рту, а затем закрыла глаза и застонала, когда он начал посасывать его. Когда он издал ответный стон, мягкий гул на ее чувствительном соске заставил ее колени подогнуться, и она упала бы, если бы Санто не выпустил ее руки, чтобы быстро схватить ее за бедра. Тогда Пэт обхватила его голову и позволила своей собственной голове упасть вперед, ее длинные черные волосы упали вниз, чтобы защитить их обоих, когда он поднял ее и продолжал пожирать одну грудь, прежде чем отпустить ее, чтобы повернуться к другой. Он уже собирался сомкнуть губы над кончиком возбужденного соска, когда на столе позади нее зазвонил телефон.

Они оба замерли, а затем Пэт вздохнула и прошептала: «Это пицца».

«Вовремя» Голос Санто был хриплым от волнения, а затем он прочистил горло и встал, схватил ее лифчик и протянул ей. Оставив ее надевать его, он обошел стол, чтобы ответить на звонок.

Быстро надев лифчик, Пэт слушала, как он здоровается со звонившим. Закончив, она схватила свою рубашку и повернулась, чтобы посмотреть на него в последовавшей тишине, и увидела, когда он с замешательством смотрел на телефон. Зная, что он пытается понять, как впустить курьера, Пэт сказала: «Нажми на цифру под кнопкой с цифрой девять».

Она подождала, пока он нажмет нужную кнопку, а затем переключила внимание на свою рубашку. Она была наизнанку, и когда она начала выворачивать ее, Санто положил трубку и взглянул на нее. Улыбка с оттенком сожаления тронула его губы, а затем он сказал: — Я открою дверь, пока ты одеваешься.

— Моя сумочка на острове, — сказала она. — Просто возьми немного денег из моего кошелька.

— Я заплачу, — твердо сказал он, прежде чем открыть дверь кабинета и выскользнуть из комнаты.

Пэт смотрела, как закрывается дверь, а затем со вздохом снова обратила внимание на свою рубашку. Она полагала, что должна быть расстроена из-за того, что связалась с кем-то, кого не очень хорошо знала, и кто был, бессмертным вдобавок, но в основном она просто чувствовала разочарование из-за того, что им пришлось остановиться. Этот человек был как наркотик. . и она хотела большего. Она хотела его всего. Она хотела, чтобы он двигался внутри нее, его руки обнимали ее, и его дыхание смешивалось с ее дыханием, когда они целовались, и мир вокруг них таял.

Вместо этого она собиралась поесть пиццу и, возможно, посмотреть диснеевский фильм на своем компьютере, если только они не настроят телевизор Паркера и не подсоединят к нему ее компьютер, чтобы посмотреть его на большом экране. У нее был аккаунт в iTunes. Покупка фильма не должна занять больше минуты.

Черт, внезапно осознала Пэт. Телевизор и игровое оборудование Паркера все еще лежали в багажнике ее машины. Хм. Как она могла забыть обо всем этом? Так же, как она забыла, что на прилавке в кухне все еще лежат продукты, ожидающие, когда их уберут, с усмешкой подумала Пэт, выходя из офиса и увидев доказательства всего, что она еще не сделала. Боже, брось в ее жизнь одного здоровенного мужика, и она станет бесполезным существом, с отвращением к себе подумала Пэт.

Что ж, пора это изменить, твердо сказала она себе и подошла к своей сумочке, чтобы порыться в ней в поисках ключей от машины.

«Ух ты! Действительно? Спасибо чувак. Это отличные чаевые».

Санто хмыкнул в ответ на благодарность курьера и, держа в одной руке три коробки с пиццей, другой рукой начал закрывать дверь, но остановился и с удивлением посмотрел вниз, когда Пэт вдруг нырнула под его руку и выбежала в коридор.

«Я забыла в машине телевизор и игровое оборудование», — крикнула она, устремляясь к лифту.