Визг металлической двери камеры заставил Санто напрячься. Его ожидание закончилось. Ваниттус вернулся. Он устало думал, какие пытки постигнут его на этот раз. Насколько он мог судить, они применили к нему почти все известные приспособления для пыток. Помимо стандартного набора: порки, прижигания его раскаленной кочергой и нескольких ударов мечами, они использовали винт с накатанной головкой, чтобы сломать ему все пальцы на руках и ногах, вырвали ему язык, сломали его тело на колесе, ослепили и мучили его жидким свинцом, а однажды даже оставили в железной деве на месяцы.

Но хуже всего была крысиная пытка. Санто вздрогнул от воспоминаний. Его никогда особенно не беспокоили крысы, до той ночи, когда они приковали его цепью к столу, поставили на живот маленькую клетку без верха и дна, поместили внутрь несколько больших крыс, а затем зажгли сверху факел. Отчаявшись спастись от жары и пламени, крысы выбрали единственный оставшийся им путь и попытались спастись, прорыв в его теле выход. Санто снились кошмары о боли, когда они царапались и копались в его животе, их маленькие тела корчились внутри него.

— Санто?

Он вздрогнул от этого мягкого голоса и с изумлением уставился на женщину, двигавшуюся к нему через камеру.

«Пэт?» — сказал он с недоумением. На ней была короткая красная ночная рубашка, сделанная из прозрачного материала, который лишь прикрывал плоть. Его глаза остановились на ее груди, когда она приблизилась, и рот Санто тут же наполнился слюной, когда он представил, как смыкает губы вокруг ее нежных сосков и ласкает ее языком через тонкую ткань.

Когда она остановилась перед ним, голодный взгляд Санто поднялся к ее лицу, и он нахмурился, увидев, что ее глаза полны печали, когда она смотрела на него. Он чуть не вздрогнул, когда она подняла руку, но она просто обхватила его щеку и прошептала: «О, любовь моя. Что ты делаешь с собой?»

Санто удивленно моргнул. «Я этого не делал. Это был Ваниттус Вилани.

— Ваниттус мертв, — мягко сказала она. — Твоя мать убила его. Ты знаешь это. Ты видел это. Он этого не делает».

Санто в замешательстве нахмурился. «Но он-"

«Ты действительно хочешь остаться здесь в прошлом, а не присоединиться ко мне в будущем?»

Когда он просто уставился на нее с замешательством, Пэт наклонилась чуть-чуть, чтобы прижаться к его губам нежным поцелуем.

Санто вздохнул, ощутив ее рот на своем. Когда ее язык прошелся по стыку его губ, он позволил им разойтись и застонал, когда она углубила поцелуй. Она была такой чертовски вкусной, что у него на глаза навернулись слезы, и он, не задумываясь, обнял ее за талию. . Цепи были забыты. Когда ее руки сразу же обвились вокруг него, это было похоже на возвращение домой, и он притянул ее ближе, когда его рот опустошил ее, его язык толкался и сражался с ее.

— Займись со мной любовью, Санто, — простонала она у его уха. «Мне нужно, чтобы ты любил меня. Это было так давно.»

Зарычав, он прижал ее к себе, вскочил на ноги, а затем отнес к столу, где они проводили крысиную пытку. Усадив ее там, он встал между ее коленями и позволил своим рукам бродить по ее телу, впиваясь в ее рот со всей страстью, в которой он отказывал себе последние шесть недель, а затем удивленный смешок сорвался с его губ, когда она лизнула одну из его ступней.

Нахмурившись, Санто отстранился и в замешательстве посмотрел на Пэт. Она не могла лизать его ногу, она сидела перед ним.

«Что такое?» — спросила Пэт, скользя руками по его груди. Должно было быть больно, но он не чувствовал боли, и он посмотрел вниз, чтобы увидеть, что раны и ожоги исчезли. Его кожа была безупречной.

— Ничего, — пробормотал он, а затем наклонился, чтобы снова поцеловать ее, только чтобы усмехнуться ей в рот, когда она снова лизнула его ногу.

«Что за-?» — пробормотал Санто и окинул взглядом свое тело как раз вовремя, чтобы увидеть, как золотой лабрадор в третий раз лизнул ему ногу. Подземелье и Пэт были сном. Теперь он проснулся и лежал в постели у себя дома, как он понял, безучастно глядя на незнакомую собаку, которая села и тихонько залаяла.

— Хороший мальчик, Мишка/Медвежонок.

Услышав эти мягкие слова, Санто резко сел и посмотрел, как собака подошла к дивану у камина в противоположном конце его большой спальни. Его глаза округлились от изумления, когда сонная Пэт села на диван, чтобы погладить животное.

— Хороший мальчик, — повторила она, хватая золотого лабрадора за щеки и ласково поглаживая мех. «Добрый Мишка».

Дав собаке последнее поглаживание, Пэт встала и направилась к кровати. Собака немедленно последовала за ней. Когда она остановилась у изножья кровати, собака села рядом с ней, а затем посмотрела на Пэт. Однако, увидев, что она смотрит на Санто, он тоже повернулся и посмотрел на него.

— Это Мишка, — спокойно объявила Пэт, когда Санто увидел красную майку, черные кожаные штаны и черные сапоги до колен, которые были на ней. Каблуки должны были быть высотой четыре дюйма(10 см).

— Что ты здесь делаешь, Пэт? Санто зарычал, переводя взгляд на ее лицо и натягивая простыни и одеяла до подбородка.

— Мишка — служебная собака, — сказала Пэт, не обращая внимания на его вопрос. Взглянув вниз, она улыбнулась Лабрадору и погладила его по голове. «Однажды у меня был студент, который был армейским ветераном. Ну, у меня их было много. Но с этим человеком всегда была собака. Ее звали Джаз. Она была красивой и так хорошо себя вела. Выяснилось, что она была служебным животным».