– Кто там? – потребовал ответа Данила, но, само собой, домовой глядел исключительно на меня, давая понять, что хоть Лукин и частый тут гость и входить может без стука, но ответ держать домашняя нечисть готова только передо мной.

– Кто это? – продублировала я вопрос ведьмака.

– По чести он не представился, прежде к нам не захаживал, но не впустить никак не можно, хозяйка, – прогудел Никифор вроде чуток виновато. – Знак он к двери прикладывал особый, жандармский, значится, и что ты дома обретаешься вызнал и кликать без промедления велел.

– Полицейский значок? – удивилась я, пытаясь припомнить, носят ли наши полицейские такое или это мое сознание из иностранных сериалов почерпнуло.

– Не-а, василек, жандармский знак – это штучка из времен задолго до полицейских значков, – ответил мне Лукин, немного изумленно приподняв брови. – А ну, пошли глянем, кто это у нас таким раритетом размахивает.

– А что это за знак-то такой? – пошла я вслед за ведьмаком к лестнице.

– О, очень интересная и наделенная определенной силой штуковина, Люся. И опасная для нас, потому как обладает способностью вскрывать жилища и укрытия подлунных даже против нашего желания. А еще временно отнимает у домашней нашей нечисти дар скрываться от чужих глаз и лгать, да и нам в ее присутствии соврать дискомфортно. Короче, та еще пакость, благо до сих пор я о таком только по слухам и знаю. Думал, все они еще в тридцатых, где-то во время тех жестких чисток и столкновений подлунных с властью, канули в неизвестность.

– Слушай, а если этот знак такой могучий, то, может, ну его? В смысле, не очень-то я хочу выходить общаться к его обладателю.

– Василек, тогда он может войти сам, причем, взломав магическую защиту твоего дома, и кто его знает, сколько это будет залечиваться. Тебе оно надо?

– Нет, – со вздохом ответила я. Калечить мой дом я провоцировать никого не стану.

За дверью, к моему большому удивлению, обнаружился совсем молодой парень, мой ровесник где-то. Высокий и крепкий, правда, но чертами лица еще совсем мальчишка. Да уж, привыкла я уже к окружению мужчин постарше и на ровесников свысока поглядываю. При виде открывшего дверь ведьмака незнакомец строго нахмурился, но когда из-за плеча Данилы выглянула я, он внезапно так сильно смутился, что в пару секунд стал буквально пунцовым.

– Вам кого? – недружелюбно поинтересовался ведьмак.

– Людмилу Казанцеву, – хрипнул парень и резко сунул руку за полу расстегнутой наполовину кожаной куртки на меху, отчего Лукин передо мной мигом напрягся весь. Но вместо оружия представитель закона (предположительно) выдернул из внутреннего кармана нечто вроде серебряного медальона на короткой толстой цепочке. Вещица зацепилась за одежду от порывистого движения, вылетая из его пальцев, и звонко упала на каменный пол. Визитер кинулся ее подхватить и наконец выпрямился и продемонстрировал нам. – Вот!

Я успела рассмотреть искусно отлитого двуглавого орла и нечто вроде виноградной лозы, оплетающей артефакт по окружности, но потом мое внимание странным образом рассредоточилось, мысли опустели, принося непонятное расслабление и даже безразличие. Почему-то вспомнилось то самое состояние апатии, вызванное ментальным воздействием чудей тогда в тоннелях. И как только я смогла осознать, что это и есть воздействие, о котором говорил только что Лукин, то сразу полегчало. А ведьмаку, очевидно, гораздо быстрее меня.

– С кем имеем необходимость общаться? С какой целью соизволите нанести визит данной особе? – спросил он тоном насмерть стоящего на страже хозяйского покоя дворецкого.

– Я… кхм… – пришлец таки прочистил горло, чуть приосанился и сказал уже твердо: – Лейтенант Вяхирев. Людмиле Казанцевой предписано явиться в обязательном порядке к подполковнику Александрову, новому руководителю спецотдела для опроса, а я должен проследить за этим и доставить.

Опа! Ну не сказать, чтобы прямо сюрприз. Я чего-то подобного все же ждала. Вот только… Что, Люся, надеялась, Волхов будет тобой сам заниматься и вообще все замнет? А зачем бы ему это делать, если теперь никак в тебе не заинтересован? Написал официальные отчеты, дал всему ход, как полагается, и все, устранился. Ведь у нас с ним, как это там называется? – конфликт личных интересов или типа того что-то. Короче, ему заниматься мною вроде как не полагается, а мешать делать это другим причин больше не имеется. Хотя и раньше-то их, может, не было.

– Э-э-эм… Нужно ехать прямо сейчас? – уточнила я.

– Да, предписано явиться к тринадцати ноль-ноль, – уже окончательно вошел в роль строгого полицейского лейтенант и светанул массивными часами. – Сейчас двенадцать десять. Попрошу вас не затягивать со сборами.

На языке так и завертелось “сухари, мыло, зубную щетку и спортивный костюмчик брать?”, но я промолчала.

– Госпожа Казанцева передвигается везде исключительно в моем сопровождении, – заявил Лукин. – Так как является моей подопечной и подзащитной в одном лице, а также объектом нездорового интереса некоторых могущественных подлунных.

– У меня нет никаких распоряжений на этот счет, – пожал плечами лейтенант. – Доставить нужно одну Казанцеву, вам придется прибыть к отделу своим ходом и дожидаться ее снаружи.

– А вы уверены, что в состоянии обеспечить ее безопасность в пути и во время пребывания у вас? – попытался надавить Данила, но внезапно юноша, алеющий щеками и ушами, продемонстрировал иную свою сторону, и была она откровенно враждебной.

– Я уверен, что получил четкий приказ, в котором нет ни слова ни о тебе, ни о обеспечении какой-то там безопасности для ведьмы, и намерен его выполнить не взирая ни на что, – процедил он с нескрываемой злостью. – Будешь пытаться воспрепятствовать мне, ведьмак?