Игорь решил промолчать. Ему с самого начала не понравился Рева, но пришлось терпеть его общество. На самом деле похмелье не так сильно донимало его. Он использовал то, что вложили в него репетиторы — свои знания в психологии. Обычная проверка на вшивость, выявление характера человека с помощью самого примитивного приёма — провокации и угроз. И Рева с его точки зрения проверку не прошёл. Сразу стало понятно, что он ни во что не ставит парня и доверять ему нельзя.

«Не знаю, кто у графа отвечает за подбор персонала, но этого парня выбрали явно не за психическую устойчивость, — подумал он».

Ему Рева казался странным. Да, он не его подчинённый, а графа. Но Игорь его единственный на данный момент наследник. Демонстрировать эрграфу откровенное издевательство крайне недальновидно. Сегодня он эрграф, завтра граф. Нужно обладать непрошибаемой уверенностью в собственной неуязвимости, чтобы грубить такому сполоту. Либо быть непрошибаемо тупым. Но идиотом Рева не является, что усложняет понимание мотивов его поступков. Это равносильно тому, как если бы над наследником Британской короны начал бы глумиться его охранник. Вряд ли после этого он бы сохранил свою должность.

Обычный телохранитель на подобные провокации не повёлся бы. Их учат правильному обращению с важными персонами. Конечно, он не обязан платить из собственного кармана за шефа, но и почти прямым текстом посылать его в далёкие края не стал бы, как и обзывать.

Загруженный мыслями, Игорь перешёл с лайнера на шаттл. Рядом с ним шёл виновник, загрузивший сознание парня глубокими размышлениями.

После приземления сразу стала заметна разница между развитой планетой и далёкой аграрной колонией, которой является Циклон.

Пассажирский космопорт раза в три меньше, чем в системе Клещиков. Зато парковка ничуть не меньше и плотно забита старенькими фермерскими глайдерами. Это грузовые фургоны и аналоги пикапов. Встречаются среди них и такси, но настолько древние аппараты, что для их управления требуется пилот. Такие глайдеры используются в новых колониях, в которых дешевые бортовые искины пасуют перед рельефом местности.

— Я вызвал такси до Пшеничного, — сказал Рева.

— Куда?

— Пшеничный — посёлок такой. Городом у меня язык не поворачивается его назвать. Там нам необходимо обратиться к связному, который отвезёт нас на место.

— Что ж, — со скепсисом рассматривая жёлтый глайдер с пятнами ржавчины, отозвался Игорь, — полетели… Если это корыто долетит.

— Я надеюсь на это.

— Рева, знаешь…

— Что?

— Твои слова не обнадеживают.

— Мр… Эти глайдеры очень надёжные. По статистике поломка приходится на один из десяти миллионов, и это после выработки девяноста процентов ресурса.

— Вновь не слышу уверенности в твоих словах, но деваться некуда, — вздохнул Игорь. — Что-то я не вижу тут чего-то более приемлемого.

— Надёжные, говоришь? — сочился сарказмом голос Игоря.

— Надёжные, — хмурым взглядом сверлил глайдер Рева, — если не выработали свой ресурс пару столетий назад…

Глайдер стоял посреди лесной поляны. Рядом, облокотившись на него, с фляжкой в руках стоял таксист. Мохнатый и чернявый коренастый крепыш в сером потрёпанном комбезе, ненамного старше Игоря в нынешнем теле, невозмутимо приложился к фляжке. В нос землянину ввинтился резкий запах самогона.

— Мужики, не шумите, в лесу много хищников, — флегматично заявил водитель. — Просто подождите — через час прилетит эвакуатор и заберёт нас. Нам ещё повезло, что аварийная система сработала и приземлила мягко, а не в лепёшку расшибло.

— Весьма оптимистично, — ухмыльнулся Игорь. — А другое такси вызвать нельзя?

— Можно. Но оно не прилетит.

— Почему? — дёрнул ушами землянин.

— Профессиональная солидарность. Любой может сломаться — это не повод отбивать клиентов.

Рева рывком приблизился к нему и схватил за грудки.

— Ты что, урод, рассчитываешь, что мы с тобой расплатимся за такую поездку?

— Пф, — дыхнул ему в лицо изрядным выхлопом таксист. — Можете не платить… но тогда в город пойдёте пешком. Я в наш общий чат напишу, после этого к вам ни один таксист не прилетит. Всюду пешком по планете будете ходить.

— Ах ты… — зло ощерился Рева, крепче сжав руки и приподняв водителя.

— За оскорбления придется накинуть три счётчика, — столь же флегматично отозвался тот, после чего прямо на весу приложился к горлышку фляжки.