Вечером мне позвонил Рафик и осторожно поинтересовался успехами. Когда я предложил записать номера первых трех вагонов, его радости не было предела. Как потом выяснилось, он был горд, что его схема сработала. Чтобы вы понимали — я теперь его схема! Его рейтинг в среде специалистов по пробиванию поставок и добыванию ресурсов вырос после доклада об успехе первой же операции.

Уже на следующий вечер Рафик сидел в моей квартире и пил кофе. Сам я раньше пил растворимый по шесть рублей за банку, но моя новая личность воспользовалась дополнительной памятью и начала потреблять настоящий зерновой кофе. Вы можете себе представить, я потратил на электрокофемолку десять рублей пятьдесят копеек! Но признаться, оно того стоит. Не знаю, что там пил «Я» из альтернативного будущего, из каких Колумбий, но в СССР не принято спрашивать, откуда кофе. И так понятно, кофе из-под прилавка. И вкус — у настоящего кофе совсем другой вкус!

— Пётр, у вас отличный кофе.

— Не мудрено. Всё, что чуть лучше растворимого, уже великолепно.

— А может, в ресторан сходим? Я угощаю! Отметим начало успешного сотрудничества?

— Нет, Рафик. Я люблю вкусно кушать, а не громко. И практически не пью. Так что нет.

— Сколько вы сегодня направили на Сортировку-Третью платформ?

— Пять.

— И вчера три. Вот ваши восемьдесят рублей. Всё как договаривались.

— С вами приятно иметь дело.

— Пётр, а если я попрошу больше платформ, вы дадите под это дело скидку за опт?

— Если я вам пригоню много платформ сразу, значит они в достаточном количестве появились на нашем отделении. То есть, я вообще не имею права с вас брать за них деньги. Только точечно, только при условии, что их нет в доступе, только по десятке. Кстати, половина уходит на организацию ремонта.

— Я понял, Пётр. А еще такой вопрос. Моё начальство просит расписку за получение. Они хотят быть уверены, что я не оставляю деньги себе.

— Ха-ха-ха-ха!!! Рафик, идите вы со своим начальством знаете куда?!

— Всё, я молчу! Был не прав.

— Ладно, приму как шутку. Еще вагоны нужны?

— Очень нужны! Я узнавал, платформ нет и не предвидится. На вас одна надежда.

— Постараюсь родить еще какое-то количество. А вы говорите «много». Много не будет, это я точно знаю.

— Кстати, Пётр, у вас такое хорошее чувство вкуса и такая деловая хватка… А квартира выглядит более, чем скромно.

— Служебная. Дали пару месяцев назад, еще не занимался.

— Тогда вопросов нет. Я уверен, что к зиме она будет выглядеть совсем иначе, наше сотрудничество этому поможет.

— Петь, я что вчера по телевизору увидела!

— Слона?

— Да ну тебя. По местному начали показывать передачу «Хорошие новости».

— И…

— И там указан автор идеи П. Фролов. Я подумала, может это ты? Из тебя вечно лезет такое… И инициалы совпадают.

— Какое из меня лезет?

— Неожиданное.

— Угадала. Идея моя.

— А как ты там оказался? Где телевидение, а где ты.

— Пришел к редактору, познакомился, пообщались за перспективы, обсудили новые веяния. Между делом придумали передачу. Так это обычно и происходит.

— Что, ты просто так заявился в редакцию и сказал «Здрасьте, я Фролов»?

— Да, Лена. Именно так это и работает. А если ты думаешь, что кто-то ходит по дворам и выискивает людей с идеями, то сильно ошибаешься. Всяк талант пробейся сам.

— А как же то четверостишье, что «…Талантам нужно помогать, бездарности пробьются сами».

— Ты сначала докажи, что талант, а уже потом кто-то может захотеть тебя поддержать. А может не захотеть. В любом случае — сначала инициатива и демонстрация своего незаурядного дарования, а потом всё остальное. Кстати, как твой бизнес, идет?

— Да, с некоторых пор достаточно хорошо. Клиентура подтянулась такая… более солидная. И все хотят «изюминку», никому не хочется как у всех, зато многие хотят как у тебя.

— Ха! Значит, скоро у всех будет «не как у всех». Так это и происходит обычно. Как только все оказываются одеты в одинаковые ультрамодные новинки, появляется что-то совсем новое, и толпа опять бежит за эксклюзивностью. Моде безжалостна к своим адептам.

— Философ доморощенный. Ты не понимаешь, целая индустрия моды на этом кормится.

— Я не понимаю? Это даже смешно.

— Ну хорошо, ты понимаешь. А скажи, где ты купил такой необычный топчан? Еще и с кожаной подвеской.

— Где купил? Сделали на заказ.

Да, топчан был отличный, по специальному заказу собранный в нашей мастерской на Сортировке. Ясеневые доски, найденные в штабеле, как следует отстрогали, отшлифовали, собрали по моему эскизу что-то вроде лавочки, а потом обработали морилкой и лаком. И да, сиденье на этом топчане было из переплетенных ремней крепкой кожи. Я такой видел в каком-то музее. Заморочился таким образом не от того, что не было денег на нормальный диван. Деньги были, нормальных диванов не было. А за то убожество, какое можно было достать, пришлось бы еще и переплачивать. Оно мне надо? Душа алчет красоты и стиля.