— Стильно, только немного мрачновато. Череп еще зачем-то поставил. Гипсовый?

— Обижаешь, самый натуральный, можно сказать, молоденький. Вон, еще зубы не все растерял.

— Ты что, с ума сошел! Человеческий череп?

— Угу. Сама же говоришь, атмосферно, стильно.

— Да, Фролов, беру свои слова обратно насчет твоей человечности. Где ты хоть его нашел?

— Друзья подарили на память, когда институт закончил. Чтоб не забывал веселые денечки. А вот не помогло, не помню почти ничего.

— И друзья у тебя такие же. Скажи, кто твой друг, и скажу кто ты.

— Ну и кто я?

Толком в тот раз не получилось выяснить, кто я. Закипел чайник на плитке, так что мы сменили тему. Кстати, поначалу пробовал не нарушать требования противопожарной безопасности и пользоваться электроплитой на общественной кухне под саркастическое хмыканье внутреннего голоса. Закончилось ровно так, как он и предсказывал — я то засыпал, то просто забывал про поставленный на плиту чайник. Бедняга в конце концов стал выглядеть как подбитый танк, и я сжалился над ним — купил плитку в свою комнату.

— Петь, а у тебя нормальной музыки нет? — Лена перебирала мои немногочисленные пласты и недоумевала вслух. — Вот это вот кто слушать станет? Фролов, ты зачем Листа купил?

— Это который Фёренц? Венгерская рапсодия номер два? Под неё хорошо рисуется.

— Ага, я вижу уже. Это, получается, ты сам всё нарисовал? Под Листа?

— Угу.

— Сразу в топку.

— Листа или рисунки?

— Пластинку. А это у тебя что? «Второй дыхание», какой-то Арсенал… «Арсенал», это ж футбольная команда! Причем наша, Тульская.

— «Арсенал» — это Козлов. Новая волна в джазе. Довольно свежо и залипательно.

— Как-как? Где ты такие слова только находишь. Дальше что, опять джаз? О! «Диалог», единственная группа, что я знаю из твоих запасов. Короче говоря, послушать у тебя нечего, хоть ящик включай. Стоп, а где телевизор? Только не говори, что у тебя его нет.

— Промолчу. Давай я тебе поставлю что-нибудь нейтральное. В плане джаза, но такое, от чего у тебя голова не сломается.

— Петр — в наше время не иметь телевизора взрослому человеку, вообще-то, это диагноз. И диагноз звучит так: антиобщественное поведение и человеконенавистничество. Или у тебя идеологическая подоплека? Может, ты диссидент?

— Вот точно второй вариант мимо. Человеконенавистничество… ну скорее холодно, чем тепло. Просто мне не нравится картинка и мне не нравится концепция телевидения. Вот если бы было пятьдесят каналов, я бы пощелкал-повыбирал. Хотя, я и тогда бы не стал смотреть. Скорее всего.

— Да, Петя, неприятный ты тип. Замуж не зовешь, телевизор не смотришь. Небось и газет не читаешь.

— Не читаю.

— Концепция не нравится и полиграфия?

— А вот и не угадала! Полиграфии там нет — высокая монохромная печать, в том смысле, что одна краска. А замуж… я в ближайшие несколько лет не планирую жениться. Буду строить карьеру, место под солнцем завоёвывать.

— Вот же ты козел! Что, соврать не мог?

— Чтоб ты потом рассказывала, как я козел тебя обманывал целый год?

— Ну да, а до того я бы этот годик пожила в надежде тебя захомутать. И вообще, почему именно год?

— Не знаю. Ощущение такое. Дольше ты меня не вытерпишь.

— У тебя в комнате горячей воды нет? — как-то внезапно Лена свернула на другую тему.

— Горячая только в душевых. На первом этаже.

— А как я буду душ принимать?

— В тазике. Погрею в кастрюльке, из ковшика на тебя полью. Как раньше люди мылись до появления ванных комнат.

— Ты такой хороший бываешь, Фролов, что мне от тебя еще больнее. Был бы гад сплошной, я бы не придумывала себе ничего. А так только душу бередишь.

Уже на следующий день я сидел в кабинете Шафороста и пытался выбить из него отдельную благоустроенную квартиру. Квартира не выпадала, да и босс локации не умирал. Уже чуточку ориентируясь в своих «воспоминаниях» я понимал, что ассоциации про босса и выпадающую из него квартиру касаются компьютерных игр будущего. Это какие же у них там компьютеры, что игры не то что цветные, так еще и с эффектом полного реализма? Это как надо прогрессировать человечеству, что так необходимые народному хозяйству ЭВМ будут использоваться в качестве игрушек! Причем тут я, что я? Ах я и сейчас на «Роботроне» играю в «Ксоникс» и «Теннис»? Так в свободное время. И вообще, это другое!

Судя по лицу начальника, я не слишком сильно завис на посторонние мысли:

— Фролов, я так понимаю, ты решил не пороть горячку, а стать частью нашего общества, вернее управляющего аппарата станции в частности и железной дороги вообще?

— Угу. И даже Отделения дороги. Готов приносить пользу стране при условии предоставления мне жилья в соответствии с…

— Погоди огород городить, Петр. Отдельное жильё мы тебе предоставили. Комнату в общежитии.

— Да ладно! С меня четвертной комендантша содрала за то, что комнату выделит без подселения.