— Сиськи. — Наконец, прервал тишину Пашка. — Сиськи, Маша! Из всех чудес этого мира ты выбрала увеличение груди???

Изменения, как говорится, были на лицо. Точнее на грудь. Скромный Машкин размер обрел оглушительные формы. Размер четвертый, пятый. Идеально круглый и упругий на вид. С каждым Машкиным шагом бюст слегка покачивался. Машка довольно улыбалась.

— Ой, Паха, замолкни. Ничего ты не понимаешь, — сказала Маша, кокетливо перекидывая прядь светлых волос за спину. — Без операций, без страха и боли! Я теперь сама по себе оружие массового уничтожения. А уж вкупе с моим острым умом и сообразительностью…

— Насчет ума я бы поспорил, — пробормотал Пашка, тем не менее пристально следя за колыханием Машкиного приобретения.

Я молча хватала воздух ртом, пытаясь справиться то ли с недоумением, то ли с завистью.

— Маша, но это же, наверное, очень тяжело?

— Своя ноша не тянет, знаете ли!

— О, на этот вопрос Мария ответит попозже, примерно после того, как пройдет пять километров по лесу, — не расслышать Пашкин сарказм мог только глухой.

— Кхе-кхе, Мария сделала весьма необычный выбор, — вмешался Лангран, чувствуя, что назревает небольшая дружеская ссора. — Но каждый был волен распорядиться даром по своему усмотрению. И вы это сделали, Призванные. Поздравляю! К сожалению, у нас осталось не так много времени. Этой ночью, с первыми лучами солнца вас перенесет порталом в Затерянный Лес. Я успел объяснить вам самое необходимое, а сейчас предлагаю пройти в Зал Собраний. На данный момент все участники уже собрались в Обители, и я бы хотел вас представить. Они еще не в курсе, что в этом году будет шесть команд. Следуйте за мной.

Мы вышли в коридор и отправились за Ланграном.

Пока шли по коридору, я задала Ланграну мучивший меня вопрос:

— Хранитель, а почему в коридоре нет дверей. Он такой длинный, а помещений нет?

– Двери есть, Алиса, — усмехнулся Лангран, — просто они скрыты магией, и открываются только владельцам комнат или послушникам. В нашей Обители немало драконов, например, те девушки, что помогали вам, тоже послушницы. Мы ценим уединение и личное пространство, поэтому в коридорах редко кого можно встретить.

Ясно, понятно.

– Кстати, — Лангран, обернулся на нас. — Ваши костюмы можно регулировать. Если хотите, вы можете укоротить рукава или отрастить на кофтах ворот, или подогнать штанины. Просто отдайте мысленно или вслух приказ, и кожа василиска изменится по вашему желанию.

– А вот это очень кстати! — воскликнула Маха. — Кофта, активируй режим декольте!

Мгновение, и Машкина кофта под горло начала перетекать ниже на грудь, формируя глубокий вырез. В сочетании с новоприобретенной пятерочкой смотрелось феерично!

— Машка! Ты хочешь сорвать переговоры? — Пашка нервно поправил очки.

— Конечно, друг мой, а ты как думал? Лучше бы, кстати, зрение себе попросил исправить. А то потеряешь их в лесу и все, за руку тебя придется водить!

— Вы плохо видите, Павел? — аж остановился Лангран. — Эта штука на вашем носу для улучшения зрения? Я думал, это какой-то модный аксессуар. Молодежь нынче любит украшать себя всякими несуразными штуковинами.

— Да, это очки, — смутился Павел. — Они улучшают зрение, у меня близорукость, без них все расплывчато, а на линзы у меня аллергия.

— Что же вы молчали! Я не самый искусный целитель, но помочь с этим недугом моих способностей хватит. Подойдите ко мне.

Пашка снял очки и шагнул к дракону. Тот легонько положил указательные пальцы на закрытые глаза нашего друга и что-то зашептал. Пальцы Хранителя засветились холодным серебром, затем этот свет плавно перетек с пальцев Пашке в глазницы и впитался в них, не оставив и следа.

— Все готово! Открывайте глаза. Простейшее заклинание восстановления некритичных повреждений. Все-таки люди очень хрупкие существа. У драконов не бывает плохого зрения.

Павел открыл глаза, обвел нас взглядом, и счастливо улыбнулся. Протянул Хранителю очки:

— Спасибо, Лангран. От души! Можете выкинуть их. Я уже просто обожаю этот мир! Я вижу без очков. Девчонки, вам не понять человека с миопией. Правда, теперь вы какие-то страшные…

И заржал, гад.

Мы с Машей дружно фыркнули, но не стали отвечать на провокацию. Тем более, что уже стояли у какой-то двери.

— А вот и Зал Собраний, — Лангран взялся за ручку. — Сейчас вы познакомитесь с остальными участниками. Хочу предупредить, атмосфера там может царить не самая дружелюбная. Все-таки, многолетняя вражда еще не забыта. Будьте готовы.

Открыл дверь и вошел. Мы зашли вслед за ним.

Зал Собраний оказался почти копией той комнаты, в которой мы разговаривали, только был больше. Все тот-же нейтральный бежевый интерьер, светлый пушистый ковер на паркете. В центре вокруг длинного, низкого столика были кресла, на которых расположились присутствующие. В воздухе прямо чувствовалось разлитое напряжение. До нашего прихода тут явно о чем-то спорили, но все разговоры стихли, когда мы вошли в Зал за Хранителем.

Лангран уверенно прошел к трем свободным креслам, и, махнув нам рукой, призывая располагаться на них, обратился к пятнадцати существам: