«Живи и жить давай другим,

Но только не на счет другого;

Всегда доволен будь своим,

Не трогай ничего чужого».

Работа им предстояла пока несложная. В основном, это сторожить установленные садки с речными устрицами. И по подготовленному образцу изготавливать новые садки и веревки. Все это в течение зимних чертогов, до наступления тепла.

Четыре садка мне сделали местные умельцы и притащили их к указанному месту на берегу реки. Туда же подогнали маленькую лодочку, нарубили и наносили мне толстых жердей и дров. Затем я поставил оцепление, чтобы никого к реке не пропускали и никто не видел, чем я занимаюсь.

С воинами оцепления остались пока и Дамьян с внуком. Нет никакой необходимости им выдавать секрет подготовки жемчужницы именно сейчас. Вот буду закладывать следующие садки по теплу, вот тогда все расскажу, покажу и заставлю делать под своим присмотром. Сейчас же им эти знания лишние.

Я выбрал места для установки садков, вышел туда на лодке и крепко забил в дно жерди. Забил так, чтобы они были немного ниже уровня воды и не бросались в глаза. Вернулся на берег и развел жаркий костер.

Хоть лед еще и не сковал реку, но было уже довольно холодно. Поэтому загонять в воду людей, это почти гарантированно их убить. А вот я — другое дело. Не граф Дракула, конечно, и тем более не Терминатор Т-850, но и простудой меня сейчас не прикончишь. Поболею наверное... может быть. Или не поболею? Но уж не сдохну, это точно.

Так, подбадривая себя, я разделся и решительно вошел в воду. Уууууууййй! Кожа покрылась пупырышками, а мои «колокольчики» минимизировались до величины горошин. Но кто, если не я? Никто! Однако и «телиться» не надо. Я начал быстро отбирать моллюски и выносить их на берег.

В каждый из четырех садков я решил заложить по двенадцать речных устриц. Но набрал, конечно, с запасом. Надо же брать ткань на подсадку в жемчужницы, да и могу испортить какое-то количество. Ведь знаю весь процесс только в теории, а на практике никогда этого не делал.

Замерз как цуцык. Кое как отогрелся у костра и стал заряжать жемчужницы. Перепортил поначалу несколько штук, но потом приноровился. В каждую речную устрицу я закладывал по шестнадцать кусочков чужой ткани. Когда закончил, позвал старика с внуком.

Пацана оставил на берегу, а с Дамьяном мы привязали садки к вбитым в дно жердям. Теперь они оба знали, где что находится. На сегодня все. Я уже покашливал и вообще чувствовал себя некомфортно.

Собрав оцепление, рванул в село. Когда добрался до дома, чувствовал себя уже хреновато. Похоже, немного переоценил свое здоровье. Пришлось звать Алму, от которой, несмотря на свой теперешний статус, тут же получил трындюлей. Но потом она позвала дочку и в четыре руки я был чем-то натерт, напоен и уложен на мою лежанку под целую кипу одеял.

На следующий день, к великому удивлению Алмы и Дары, я чувствовал себя гораздо лучше. Не обманул Мирослав Александрович, биофаги с воспалениями тоже работают. Класс! Но все-таки, день пришлось провести в постельном режиме. Не стал я спорить с Алмой, лучше перестраховаться.

Зато потом поблажки себе не стал давать и начал новое утро с тренировки. В этот день семья Алмы переселялась в свой новый дом. А я ту же бригаду плотников, что делала дом ренийцам, перенаправил на обустройство отапливаемой землянки на берегу речки, рядом с поставленными нами садками.

Отправил туда работать и Дамьяна с Игнаком. Пусть трудятся, для них землянка строится. Через помощника старосты довел до сельчан запрет рыбной ловли на том участке, где установили жемчужницы. Ибо не фиг!

До вечера успел поработать с кузнецом, гончаром и столяром, которые делали составные части для моего примитивного самогонного аппарата. Чем быстрее я начну производство, тем лучше. Нет у меня времени рассусоливать все десятицами, как здесь зачастую делают.

Живут здесь неспешно, как и на Земле в стародавние времена. Я же не могу себе этого позволить. Шевелюсь сам и заставляю шевелиться других. Ждать, пока построят производственную зону, чтобы начинать уже там производство, я не могу, да и не хочу.

Буду начинать производство с малого, чтобы отработать технологическую цепочку, научить и потренировать людей, да и, в конце концов, испытания провести. Если насчет производства дистиллята у меня никаких сомнений нет, то вот мыловарение, кленоварение и производство пеммикана* я никогда не организовывал.

* - Пеммикан (англ. pemmican, на языке индейцев кри «пими-окан» — «род жира») — мясной пищевой концентрат. Применялся индейцами Северной Америки в военных походах и охотничьих экспедициях, а также полярными исследователями XIX — первой половины XX в. Отличается лёгкой усваиваемостью и большой питательностью при малом объёме и весе. В настоящее время используется туристами при прохождении дальних маршрутов.