— Как будто мамин дух не может успокоиться.

— Это все твое воображение.

— Да нет же. Все изменилось. Неужели ты этого не заметил? Хотя вряд ли. Ты никогда не замечаешь таких вещей.

— Разве я ненаблюдателен по отношению к тебе?

— Что касается психологии — нет. Только при устройстве дел твои способности на высоте.

— Очень мило с твоей стороны заметить это.

— Сарказм не идет тебе, Франклин. Он тебе не свойствен. Ты слишком добрый. В доме, действительно, есть перемены. Мой отец испытывает облегчение..

— Минта!

— Но это правда, и она не должна шокировать.

— Тебе надо быть более сдержанной.

— Я же разговариваю с тобой, Франклин. Никому на свете я бы не сказала этого. Разве мы можем винить его? О покойном плохо не говорят. Но мама вела себя ужасно по отношению к отцу. Лиззи выглядит потерянной, хотя они с мамой часто ссорились. В любую минуту ее могли уволить или она сама могла уйти.

— Неудивительно, что Лиззи выглядит именно так — она лишилась хозяйки.

— Бедному доктору Хантеру хуже всех. Я уверена, что он винит себя. Похоже, даже избегает заходить к нам.

— Это вполне естественно, ведь здесь больше нет тяжелобольного.

— Люси тоже изменилась.

— Очень жаль. Кажется, она самое разумное существо во всем доме.

— Она ушла в себя, стала отчужденной и неразговорчивой, видимо, волнуется о докторе Хантере. Даже не объявила об их помолвке.

— Почему?

— Доктор очень переживает из-за того, что поставил не правильный диагноз…

— А это кто сказал?

— Но это и так ясно.

— Не следует говорить такие вещи, даже мне. Речь идет о профессиональном достоинстве, а твои слова — это клевета.

— Но, Франклин, ты не на судебном разбирательстве.

— Нельзя быть столь легкомысленной, Минта. Оставь эту романтику, не пытайся вымыслить драму там, где ее нет.

— Тебе я могу сказать все что угодно, потому что ты — близкий друг. Кроме того, мне нравится шокировать тебя. Но я хотела сообщить еще кое-что. Вчера ко мне зашла Люси и предложила избавиться от миссис Гли. В ней нет особой нужды, и Люси может полностью заменить ее.

— Ну что ж, разумное предложение. Я много раз пытался объяснить тебе, что вы живете не по средствам. Миссис Гли обходится вам дороже всех.

— При чем тут выгода? Если Люси возьмет на себя функции миссис Гли и будет управлять Уайтледиз, что ожидает ее брак с доктором Хантером?

— Но насколько я понимаю, он вовсе не решен.

— Доктор просил ее руки. Она еще думает. Это случилось как раз незадолго до маминой смерти.

— Минта, когда же ты, наконец, повзрослеешь. Это было бы желательно по многим причинам.

Конечно, как только это случится, он попросит меня выйти за него замуж. В моей памяти опять воскрес Стирлинг, который, развалясь в кресле, рассказывал об Австралии и хвалил Уайтледиз.

И я подумала: «Нет, пожалуй, рановато становиться взрослой»

Спустя несколько дней произошло одно очень неприятное событие. Я была в оранжерее и расщепляла стебли хризантем, когда туда ворвалась миссис Гли.

— Я хотела бы поговорить с вами, мисс Минта. — Она была пунцового цвета, и ее маленькие черные глазки яростно сверкали.

— Разумеется, миссис Гли. Пройдемте в библиотеку.

— В этом нет необходимости. Я скажу все здесь и сейчас. Мне приказали уйти, и я хотела бы знать, почему. Дело в том, что мне приказал тот, кому я еще не научилась повиноваться.

— Вы имеете в виду мисс Мэриэн? — уточнила я. — Видите ли, миссис Гли, за последние несколько лет наши финансовые дела пошатнулись, и мы вынуждены начать жестко экономить.

— И меня выбрали в качестве жертвы, да?

— Не жертвы, миссис Гли. Это, увы, необходимость.

— Знаете, мисс, — сказала она. — Я ничего не имею против вас. Вы не виноваты. Это и слепцу видно. Но если кому-то и следует покинуть этот дом, то не мне. Есть некоторые особы, без которых вам легче было бы обойтись, чем без меня.

— Очень печально, но решение вызвано горькой необходимостью.

— Эти слова вам подсказали, мисс Минта. В доме происходят странные вещи.

— Что именно?

Миссис Гли сжала губы с видом мученицы.

— Не мое дело говорить об этом, но после смерти вашей бедной матери вы стали хозяйкой дома и вам не положено позволять другим пользоваться тем, что принадлежит по праву вам.

— Я и не собираюсь этого делать, миссис Гли.

— Вас могут заставить. Мне не нравится все то, что творится в этом доме, и я без колебания соберу свои чемоданы и уеду. Но мне жаль вас, мисс Минта.