К февралю 1917 года бывший лейб-гвардии его величества полк был одним из самых революционных в действующей армии. Не сумели мы угодить и временщику Керенскому. По его приказу полк отправили в Оренбург, где нас должны были распустить по станицам. Но передовые казаки и не думали прекращать начатой революционной борьбы. Разъезжаясь, мы уговорились вести работу на местах по созданию красных казачьих дружин.

Я, в частности, с Никифором Захаровым, Андреем Пасынковым и другими товарищами выехал в Троицкий уезд. Работали, агитировали вначале по домам, а 5 марта 1918 года на уездном съезде постановили создать социалистический казачий имени Степана Разина полк. В его рядах и провоевал всю гражданскую. После освобождения Троицка от белых в 1919 году я некоторое время работал председателем ЧК, а в 1921 году, приняв командование полком имени Степана Разина, двинулся на китайскую границу громить басмачей.

Кончилась гражданская война, началась в наших селах мирная советская жизнь. И теперь былые бойцы-разинцы в обозе не прятались, шли на самые трудные участки советского строительства. Мне даже посчастливилось быть первым председателем колхоза в той самой Бобровке, в которой я когда-то подавлял белоказацкое восстание.

Готовили из меня царские генералы защитника их прогнившего строя, а вышло наоборот. Я, как и тысячи революционных казаков, поднял оружие против господ и хозяев, стал защитником и строителем своего, народного строя, своей, Советской власти.

Из Троицка экспедиция начала продвижение на запад. И чем ближе мы приближались к Верхнеуральску, тем чаще приходилось останавливаться в селах, а то и просто в открытом поле. Это были не обычные леса, не обычные холмики и речушки. Здесь шли бои, здесь лилась партизанская кровь.

…И наконец еще один подъем по крутому склону, и перед нами город, раскинувшийся на широкой пойме голубого Урала.

В 1918 году Верхнеуральск был местом жестокой борьбы революционно-настроенного казачества с белогвардейцами. Здесь формировался многотысячный партизанский отряд братьев Кашириных, который сыграл значительную роль в походе Южно-Уральской армии по вражеским тылам.

Но ведь Николай Дмитриевич и Иван Дмитриевич Каширины были казачьими офицерами, а их отец Дмитрий Иванович много лет ходил в станичных атаманах Верхнеуральска? Что же побудило их перейти на сторону Советской власти и стать красными полководцами?

Эти вопросы не были неожиданностью для другого нашего консультанта Сергея Ивановича Попова — первого председателя Верхнеуральского Совдепа. Много интересного сумел он сообщить о славной семье Кашириных. Вспомнил старый большевик, как морозной январской ночью восемнадцатого года он вместе с другими членами Совета попал в руки дутовцев. Под конвоем привели арестованных в дом старшины войскового круга. Всю ночь круг обсуждал «преступления» руководителей Советской власти. Одни предлагали сгноить их в тюрьме, другие настаивали на немедленном расстреле. Лишь двое — станичный атаман Каширин и казак Кузьма Сандырев — выступили в их защиту. Оба пользовались большим авторитетом среди казачества, и Дутов вынужден был освободить членов Совдепа из-под ареста.

Так в первый раз послужил революции старый казак Дмитрий Иванович Каширин. Его сыновья Николай и Иван еще на фронте стали на сторону восставшего народа. В разгул дутовщины братья-офицеры скрывались на хуторах, уклоняясь от мобилизации в белую банду. А в марте 1918 года, когда Верхнеуральск снова стал советским, пришли с сотней казаков в штаб красных и заявили, что поддерживают большевиков и намерены бороться за народ. Тогда же братья Каширины получили первые задания Советской власти. Николай Дмитриевич с небольшим отрядом был послан в Оренбург за оружием, а Иван Дмитриевич стал командовать пехотой красных верхнеуральцев. После с помощью Д. И. Каширина были созданы и красные конные сотни.

…На вершине Каменной сопки высятся глыбы, похожие на закостенелых мамонтов. С высоты хорошо просматривается вся местность. Позади — город, впереди, справа и слева убегают вдаль черные ленты дорог. Каменная сопка — ключевая позиция к Верхнеуральску с восточной стороны. Здесь-то ранней весной 1918 года и заняли оборону красногвардейцы.

Дутовцы начали наступление на город с трех направлений — со стороны поселка Красинский и из станиц Магнитная и Урляды. Основной удар наносился из Красинска на Каменную сопку. Защитники Советской власти сумели выдержать первые атаки, и не пройти бы дутовцам через Каменную сопку, если б не конница. Белоказаки проскочили на конях слева и справа за сопку. Красный отряд попал в полукольцо и отошел к городу.

Новые позиции были заняты в районе кладбища. Численный перевес оставался на стороне врага. Отдельные командиры уже высказывали мысль, что пора сдавать город и уходить в горы. Однако члены Совдепа, председателем которого оставался С. И. Попов, наш нынешний консультант, настояли на том, чтобы подготовиться к боям на улицах города. В уличных боях конница, как известно, теряет многие свои преимущества. Дутов понял это и, не приняв боя, снял осаду города.

В это время к верхнеуральцам подоспели на помощь рабочие отряды из Уфы и Белорецка под командованием М. Кадомцева и А. Чеверева. Совместными усилиями они выбили Дутова из поселка Красинский и угнали далеко за Верхнеуральск.

Ненадолго стихли над городом раскаты орудий и дробь винтовочных выстрелов. Вспыхнул мятеж чешского корпуса. Соединившись с мятежниками, белогвардейцы повели новое наступление. Пал Троицк, теснимые врагом верхнеуральцы вернулись к родному городу. Достаточных сил для его обороны не было, и каширинцы вместе с присоединившимся к ним троицким отрядом Николая Томина начали отход к Белорецку.

Но не все бойцы ушли из города. Не западной его окраине в буренинском саду остался отряд члена Верхнеуральского Совдепа Николая Леонова. Ему поручили прикрывать отход товарищей. И пока были живы бойцы, враг не прошел их рубеж. Дрались они геройски и пали все до одного под клинками белоказаков.