Я застываю на месте, грудь вздымается глубоко и часто. И вот Дамир снова за моей спиной. Теперь наша оголенная кожа касается друг друга.

Он медленно разворачивает меня к себе. Мой взгляд устремлен вниз, но когда натыкаюсь на его эрегированный член, который проступает под боксерами, сразу же поднимаю глаза на лицо Дамира. И тону.

Он такой красивый. И так смотрит на меня. С восхищением. Желанием. По-особенному.

— Не могу ждать, — хрипит Дамир, толкает меня на кровать, и я падаю на холодные простыни.

Мужчина сразу же нависает надо мной, придавливая всем своим весом. Оказывается между моих ног, смотрит с жаждой на мою грудь, а я ни звука выдать не могу.

Он склоняется к моему животу, проводит языком вокруг пупка, двигается выше, пока в плену его рта не оказывается мой сосок. Его руки бесстыже ласкают меня между ног, я же выгибаюсь, забыв о всех нормах приличия.

— Думаю, это лишнее, — с трудом различаю его слова в агонии желания, после чего рывком он разрывает тонкое кружево моих трусиков, оставляя меня абсолютно беззащитной перед ним.

Я резко выныриваю в реальность. Где я лежу перед мужчиной с разведенными ногами, и моя смелось исчезает. Но Дамир не замечает перемен. Он жадно разглядывает меня.

— Везде красивая, — его глаза горят восхищением.

— Можешь… можешь выключить свет? — прошу, прочистив горло. Щеки покрываются румянцем, стараюсь не смотреть на мужчину. Куда угодно смотрю, но только не на него.

— Зачем? — искренне недоумевает он и тянется к мои губам. Его жесткая щетина царапает мой подбородок, язык же уверенно хозяйничает в моем рту.

Кожа к коже, он такой горячий. Я растворяюсь в этом поцелуе и ласке, забываю о включенных лампах, о своем смущении. Немного подрагиваю от страха перед тем, что должно произойти, цепляюсь пальцами в его шею, трусь о него, чувствую какой влажной становлюсь.

Дамир перехватывает мою руку, опускает вниз и прикладывает к своему паху. Я несколько раз провожу ладонью по его члену через тонкую ткань. Господи, какой же он огромный. Осторожно проникаю пальцами под плотную резинку и прикасаюсь к горячей мужской плоти.

Из горла Дамира неожиданно срывается рык. Он отстраняется от меня и быстро стягивает с себя боксеры. Я задыхаюсь от увиденного. Он действительно большой. Хотя, разве много раз я видела обнаженного мужчину в реальности? Если честно, то ни одного. Может у них всех там, под штанами, вот такое спрятано?

Я глубоко дышу, пытаясь совладать со своими эмоциями и не выдать свою неопытность. Хочу запомнить эту ночь. Это мой первый раз и с этим мужчиной он должен быть прекрасным. Дамир шарит рукой по покрывалу, находит презервативы, я словно зачарованная наблюдаю за тем, как ловкими движениями он раскатывает латекс по всей длине.

— Сводишь с ума, котенок, — хрипло шепчет Дамир, разводит мои ноги в стороны и направляет в меня свой член.

Я задерживаю дыхание. Прикрываю веки. Обхватываю руками Дамира за шею, притягивая ближе к себе. Один резкий толчок и меня пронзает изнутри дикой болью. Я сжимаю зубы, не позволяя себе закричать, напрягаюсь всем телом, прикусываю губу. Жду когда эта мука кончится, но боль становится еще хуже. Ощущение, что что-то инородное разрывает меня изнутри не исчезает.

Я упираюсь ладонями в грудь Дамира, он же размашистыми движениями входит и выходит из меня.

— Подожди, — тихо произношу, отталкивая мужчину. — Мне больно, Дамир. — Повторяю, когда он никак не реагирует на мои слова. — Больно, Дамир.

Дамир замирает, тяжело дышит. Остановится для него было сложно, но он это сделал. Мне стыдно смотреть ему в глаза, поэтому взгляд отвожу в сторону.

— Выйди из меня, пожалуйста, больно, — чувствую как по щеке стекает одинокая слеза.

— Что не так, Аврора? — он медленно покидает мое тело, а потом замирает, Смотрит не на меня, куда-то вниз. — Кровь? Какого черта?

Господи, так стыдно мне еще ни разу не было. Я ерзаю, пытаюсь сесть, отодвигаюсь от Дамира, но он хватает меня за бедра и резко опускает вниз, наваливаясь сверху.

— Открой глаза, котенок, — его голос звучит нежно. Но мое сердце стучит так громко, что едва различаю что он говорит.

Я отрицательно качаю головой и жмурюсь еще сильней. Стыд окончательно поглотил меня. Моя кровь на его простынях, моя кровь на нем. Еще и истерику закатила. Как же жалко я в его глазах выгляжу. Лучше бы и правда домой поехала.