Все родственники начали говорить одновременно. Среди неописуемого переполоха, в котором никто не был в состоянии перекричать остальных, со стола исчез листик. Не прерывая ссоры и взаимных упрёков, мы начали ползать по всей комнате на четвереньках, и тут оказалось, что его изучает сидящий в углу отец. На протяжении всей жизни отец набожно относился ко всякого рода картам и мог пользоваться ими независимо от потребности.

– Не понимаю, зачем он так пошёл, туда и туда… Под прямым углом, – недовольно сказал он, неохотно возвращая ценный документ. – Напрямик было бы ближе.

Ссора затихла также внезапно, как и началась, даже моя мамуся перестала ругать отца за похищение ценного листика. Отец был прав, дорога к сокровищам действительно была нарисована странно. Если Капуста пошёл под прямым углом, а не напрямик, значит там была какая-то преграда. Установление вида преграды было бы большим достижением…

Допущения возникли разные. Преградой могла быть водосточная канава, болото, забор, сухой лес, колючие кусты в конце концов. Люцина утверждала, что как раз там паслось стадо коров, которых покойный Капуста конечно же боялся. Лично я считала, что скорее всего, там росла крапива. Тем не менее препятствие должно было быть, и Михал оживился.

– Вот видите, сколько мы узнали! – выкрикнул он. – Ещё чуть-чуть, ещё немного…

– Поубирай-ка, сынок, этот мусор с дивана, а то кто-нибудь на него сядет и будем опять искать, – ехидно попросила Люцина.

– Мусор!.. – обиженно фыркнул Михал, но послушно начал сгребать в кучу разбросанное по дивану состояние. Моя мамуся дала ему мешочек, посчитав футляр для тапочек недостойным такой чести.

– Ну, думайте дальше! – нетерпеливо потребовала тётя Ядя. – Мы остановились на том, что он должен был преодолеть препятствие…

– Может сначала подумаете, в каком это месте? – остановил её Марек.

– Как в каком, в пустом конечно! – рассудительно заметила моя мамуся. – Он же не прятал так, чтобы видели люди!

– А ты как думаешь? – заинтересовалась Люцина.

Марек задумчиво посмотрел на неё:

– Наиболее вероятно, что это лес…

– Понятно, что не центр города, – сердито пробурчала Тереза.

– Но с таким же успехом это может быть и что-то другое. Луг, поросший кустами, свалка… А что значат эти три колечка, как вы думаете?

– Бункеры, – без колебаний сказала я.

– Три старых дома – высказалась моя мамуся.

– Склепы на кладбище, – подсказала тётя Ядя. – И шёл он вдоль стены, кладбище огорожено…

– Количество допущений начало расти с огромной скоростью. Поскольку на карте было обозначено только одно дерево, точно определить местность не удалось. Это могла быть даже чаща леса, а рисованием других деревьев автор рисунка пренебрёг. Мог это быть и луг и вспаханное поле, деревня со старым кладбищем, каменоломня или пруд. Даже выдуманная мной часовня вызывала сомнения, крестик мог означать и автобусную остановку. Или мельницу, если уж рядом речка…

– Отсюда следует, что надо искать место за городом, где свернувшая дорога поворачивает через мостик, а в глаза бросается большое дерево, – подвёл безжалостный итог Марек. – У мостика стоит часовня или автобусная остановка, овощной киоск, большой камень или куча песка…

– Или дохлая корова, – ехидно подсказала Люцина.

– За деревом находится преграда, которую трудно преодолеть, в виде стены, забора, рва, крапивы, кустов, болота…

– Многовато, – грустно заметила тётя Ядя.

– Но в любом случае известно, что там должна быть преграда, – неуверенно утешил её Михал.

– Кроме того, непонятно с какой стороны искать это дерево, потому что он не указал сторон света, – безжалостно продолжал Марек. – Это значит, что надо проверять каждое большое дерево возле каждого моста, рядом с которым что-то есть. Не известно, должна ли это быть середина леса, картофельное поле или пустырь. И хотел бы я знать, где мы это должны искать…

– Как где, на западе, – жалобно простонал Михал. – В направлении границы…

– Начиная от Воли, да?

– Напомню вам, что я это уже посчитала, – уныло сказала я. – Девяносто шесть тысяч квадратных километров…

– А города ты отняла? – поинтересовалась Люцина.

– Нет, пока нет. Но могу отнять. Тогда наверняка останется только девяносто тысяч.

– Все-таки поменьше… – вздохнула тётя Ядя.

– Ну теперь наездимся на все времена! – обрадовалась Люцина. – Мы же не бросим такие сокровища?

– А ещё тебе придётся осматривать каждое дерево у каждого мостика, – любезно напомнила ей Тереза. – Прогулки по свежему воздуху полезны для здоровья. Наша племянница сама говорила, что мы всего лишаемся из-за отсутствия терпения…