Мирра прокручивала в голове последние события. Постепенно наступало осознание. Она была частью этой большой игры, в лучшем случае пешкой. А если нет? Девушка мысленно проклинала ту, что ввязала ее в эту историю. Теперь же, исправление того, что еще можно исправить, может стоить ей жизни.

— Ваше высочество!

Демиан посмотрел на нее без особого интереса, казалось, он уже мало понимает, зачем они везли ее с собой в столицу. Голос Мирры дрогнул, но она заставила себя, договорить до конца.

— Кажется, я виновата в том, что произошло.

Боясь, что ее перебьют, она торопливо говорила. С самого начала, с того момента, как появилась в этом мире. Про книги, про записи, про таинственного господина, что пригласил ее к себе. Как она считала, что это Демиан планирует свергнуть брата.

Затем наступила гнетущая тишина.

— Нет! Говори обо всем до конца! — вмешалась Арелия. Глаза принцессы горели, голос звенел от волнения. — В том, что было раньше, замешана была не ты! Ты не должна отвечать за действия другой девушки, за ту, которая хотела лишь власти любой ценой!

— Ваше высочество, — горько усмехнулась Мирра, — Кто определит, где заканчивается она, и начинаюсь я? Это ситуация без выхода.

Принцесса попыталась возразить, но рвущиеся слезы не дали произнести ей ни слова. Демиан обнял ее, и успокаивающе погладил по спине. Сам же смотрел на Мирру, долгим и странным взглядом. Мирра не отводила глаз, и поэтому не заметила, как внимательно смотрел на нее Итан, словно видел ее впервые.

— Спят? — вполголоса поинтересовался Эрест. Он только что закончил обход подчиненных ему постов, и скрываясь темными улицами, вернулся обратно, в покосившуюся избу.

— Кажется да.

Во второй половине избы, прямо на полу лежали жесткие соломенные матрасы. Утомленные долгим переходом, девушки облюбовали их в качестве постели. Правда сперва они потребовали, чтобы Демиан и Итан перетащили свою пару матрасов к другой стене. Несмотря на то, что прошлую ночь они делили маленькую землянку на четверых, в этот раз не было необходимости располагаться слишком близко. О чем прямо заявила Мирра, заметив, что Арелии неловко говорить об этом.

Капитан посмотрел на девушек. Даже во сне они были совершенно разные. Принцесса спала раскинув руки, а ее длинные волосы наполовину лежали на полу. Мирра же, напротив, лежала поджав ноги, и прижимая руки к груди. С минуту послушав из ровное дыхание, он повернулся к столу, и обнаружил, что Демиан тоже задремал, опустив голову на сложенные перед собой руки.

Герцог же не только бодрствовал, но даже не выглядел уставшим. Вопросительно взглянув на Эреста, он тронул принца за плечо.

— Ваше высочество! — позвал он шепотом.

Демиан сразу поднял голову. На щеке отпечаталась красная полоса от рукава.

— Какие новости? — спросил он так тихо, что капитан едва разобрал слова.

— В столице пока тихо. Если бы вас заметили, то здесь бы уже была стража.

— Удалось что-то узнать про этого господина Юдиана?

— Не так много. Пару лет назад он прибыл из Альтаны, снял дом за старой рощей, и все время живет там, не посещая светские мероприятия. Также, известно то, что ему долгие годы был запрещен въезд в наше королевство, и запрет был снят твоим отцом, по личному прошению этого человека.

— С чем был связан запрет? — заинтересовался Итан. — Насколько помню, существует не так уж и много причин для подобного запрета.

Демиан задумался.

— В законе точно прописано четыре причины: человек является преступником у себя на родине, участвовал в заговоре против короны, но получил изгнание вместо казни, являлся членом королевской семьи, но отрекся от всех прав, и был вычеркнут из родовых списков… И… — принц нахмурил лоб, и замолчал.

— Была же еще какая-то причина. Точно помню, что их четыре.

— Последние две отпадают, — сразу подвел итог Итан, — мы знаем всех членов твоей семьи, и при твоем отце не было выявлено ни одного заговора. Скорее всего он был преступником у себя на родине.

— Но что тогда заставило отца лично снять запрет на его въезд?

Снова повисла тишина.

— А эта девушка, Мирра, что вы думаете по поводу того, что она говорит? — спросил Эрест, бросив быстрый взгляд туда, где спала девушка.

— Ты отлично знаешь, какого я мнения о ней. Однако последние события заводят меня в тупик. Почему именно сейчас, она резко меняет свою сторону, и выступает за проигравших? Рассказывает, что ей известно. Я не понимаю ее мотивов, и это заставляет относиться к ней еще более настороженно.