–Если до сих пор не нашли, значит, есть надежда, что отпуск догуляете без шума. С другой стороны, возможна вторая волна от столичных газет, а столичные журналисты как таран, у них связи, и у них намного больше способов узнать подробности истории. Сейчас лето, все в отпусках, новостей практически нет, поэтому ваш клад на первых страницах. Что ж, я на связи, если будут проблемы, звоните мне или Антонио.

Саша уныло посмотрела на мужа.

– Как-то не так я представляла себе наш отпуск. Думала, вот это повезло! Такое приключение замечательное, перстень с принуждением, деньги огромные, тайны подводные. А оказалось, надо прятаться, надо маскировать найденное, надо врать, в общем, невесело, хлопотно, непонятно!

–Авантюрно, загадочно, многообещающе, -подхватил Игорь,– восхитительный отпуск! Миллионы, старинный механизм, открывающийся капелькой крови, перстень, отдающий приказы. Ты, конечно, шутишь!

– Перстень отберут, денег не отдадут…– закончила Саша. И засмеялась.

–Пошутила я, пошутила.

И снова раздался звонок телефона. На этот раз звонил портье.

– Вас ожидают в холле отеля. Курьер. Просит спуститься вниз.

Супруги переглянулись.

–Ну, хоть не журналисты! Наверное, из полиции.

Курьером оказался сухопарый мужчина средних лет с идеальной прической в темном костюме, рубашке и галстуке. И это несмотря на жару! Он протянул Саше и Игорю плотную визитную карточку, на которой было вытеснено имя и адрес. На итальянском.

–Синьор Риффальди приглашает вас посетить его виллу « Аскания» завтра в двенадцать часов. Здесь указан адрес. Вы можете привести с собой переводчика, которого зовут Павел.

Он церемонно кивнул и удалился, оставив недоумевающих супругов, смотрящих ему вслед и так и не успевших сказать хотя бы слово.

Пока Игорь разговаривал с Павлом, Саша разглядывала визитку, словно надеялась найти в ней ответы на вопрос, а что, собственно, происходит?

Игорь закончил разговор и повернулся к Саше.

–Завтра выезжаем в десять утра. Паша сказал, от таких предложений не отказываются.

2.

Утром, проехав по извилистым улочкам мимо старинных домов и современных красивых отелей, они вырвались на простор полей. Дорога шла вдоль берега моря. Саша приоткрыла окно в машине, подставив лицо теплому ласковому, пахнущему солью и горячей хвоей, ветерку. Через час подъехали к Неаполю. Павел, уверенно ведя автомобиль между запутанными переулками и спусками, рассказывал об истории города. Он любил Неаполь, жил и работал здесь много лет. И был уверен, что это один из самых живописных и красивых городов Италии, с колоритными улицами, портом, богатый многими историческими памятниками, а не только руинами Помпеев.

– Вилла, куда мы направляемся, одна из самых старых на этом побережье. Принадлежит семье Риффальди полтора века. Вообще, род Риффальди– один из старейших в Италии. Этот род дал начало множеству известных личностей, говорят, даже в Ватикане есть Риффальди, приближенные к Папе.

Саша почти не слышала Павла. Она думала, как могут быть связаны приглашение, морской клад и перстень. Они с Игорем вчера весь вечер строили предположения и решали, как поступить. Ничего не придумав, сидели на балконе, слушали вздыхающее в ночи море и держались за руки. Потом долго занимались любовью среди шуршащих колких простыней. И наконец, почти под утро, уснули. Саша скосила глаза на мужа и усмехнулась. Игорь дремал, откинув голову на подголовник сиденья, надвинув на глаза темные очки, чтобы не обидеть невниманием не умолкавшего ни на минуту Павла.

–Все, подъезжаем!– услышала она и выглянула в окно.

Между двух живописных холмов втиснулся высокий каменный забор с воротами, украшенными затейливой чугунной ковкой. Павел что-то коротко сказал в селектор, ворота отворились, и машина въехала. По знаку охранника они вышли на площадку и замерли перед великолепным панорамным видом старинного парка с фонтанами, террасами спускающегося к берегу моря. В центре парка раскинулось поместье, состоящее из большого дома, выстроенного из старого серого камня с покатой крышей из красной черепицы, гостевым домом и фамильной часовней. Вчерашний курьер, одетый опять в костюм с галстуком, тропинкой, вьющейся между апельсиновых деревьев, ко входу в особняк.

Они поднялись на второй этаж, и вышли на огромный балкон с колоннами, статуями и пузатыми балясинами. Саша подбежала к перилам и ахнула. Красивая яхта слегка покачивалась метрах в двухстах от берега. Вот бы сделать фото! Лазурное спокойное море, белоснежная яхта, маленькое пушистое облачко, словно зацепившееся за мачту, и ослепительное солнце в зените. Она схватилась за камеру и вопросительно посмотрела на дворецкого.

–Только с разрешения хозяина, – поняв ее молчаливый вопрос, сказал он, Саша разочарованно вздохнула и покорилась.

– Вы сможете сфотографировать виллу и окрестности после нашей встречи. Только то, что снаружи. Внутри –нет,– раздался негромкий низкий голос. Все трое повернулись. У противоположной стороны стоял хозяин. Стоял спокойно, понимая, что сейчас гости рассматривают его очень внимательно, с любопытством и опасениями. Постояв так под взглядами, он подошел, представился и сделал приглашающий жест в сторону мягких диванчиков возле массивного низкого столика, расположенных в глубине, там, куда не попадали солнечные лучи. Все молча расселись.