Зашёл по ступеням к дверям. Заметил, что противоскользящее покрытие в одном месте отходит. Тут же сказал дежурному портье. — Утром сделаем. — Да, я проверю. Чтобы к выходу гостей нормально было. Не дай боже, кто-то упадёт. — Не волнуйтесь, будет готово. — Лёгкой ночи, Никола! — И Вам!

Поднялся к себе наверх. Там было, как ни странно, тихо. Возможно, девушки тусуются в одном из баров, которые работают заполночь. Там бывают только туристы. Сейчас напьются, потом будут спать до обеда. Выползут на склоны ближе к обеду. Если хватит сил, будут кататься, плохо координируя движения и то и дело застревая посередине трассы. Или усядутся в многочисленных кафе рядом с трассам, чтобы прийти в чувство. Впрочем, каждый волен отдыхать, как ему вздумается.

Митко решил, что в тишине и покое даже лучше. Да и горячая вода в бойлере тоже вся только для него. Простоял в душе, спустив все содержимое бака. Дополз до своей комнаты. Вот теперь было ещё немного сил на работу за компьютером.

Утром у входа обнаружились женские кроссовки. Две пары. Значит обе вертихвостки вернулись. Митко натянул на себя термобелье, надел горнолыжные штаны. Куртку взял в руки. Захватил пустой маленький термос. Спустился к завтраку в отеле. Внешне он сейчас никак не отличался от гостей.

Улыбчивый персонал быстро пересервировывал столики. Еда вся горячая. Кофе в больших кофейниках отличный. Выпечка свежая.

Димитра заметили уже после того, как он взял себе еду и сел за столик у окна. Отлично. Значит с завтраками все в порядке. — Доброе утро! — подошёл метродотель, — Надолго к нам? — Доброе утро, Павел! Месяц пробуду, как всегда. Очень хорошо все на завтраке. Спасибо за работу. — Мы стараемся.

"Хвали заслуженно и искренне, не упускай мелочи", — зазвучал в голове Митко голос деда.

На то, чтобы надеть ботинки и забрать из своей ячейки в хранилище лыжи, шлем и перчатки, у него ушло три минуты. Шатл отеля на верхние точки горы уже должен стоять у дверей. Спускаясь, конечно проверил, что с лестницей. Оказалось, полный порядок.

Значит можно себе позволить немного побыть обычным туристом. Митко погрузился лыжи в специальный багажник сзади автобуса. И забрался внутрь. Народу немного. Рано ещё. Только особые ценители свежих трасс. Он начнёт с "красной", а потом попробует "черную", которую в этом году только открыли.

Наверху было тоже немноголюдно. Подъёмник снизу недавно начал свою работу. Митко с удовольствием размялся. Встал на лыжи. Поправил ремешки на шлеме и очках, застегнул все карманы. Вдел руки в перчатках в петли ремешков на палках. И сильно оттолкнувшись, быстро набирая скорость, двинулся вниз по знакомой "красной" трассе.

Через два виража догнал лыжника целиком в чёрном. Видно, подросток. А катается здорово. Бесстрашно. Но у Митко скорость больше просто за счёт больше массы тела. Они разошлись на склоне, сделав виражи в разные стороны.

Предвкушая удовольствие и адриналин от новой трассы, Митко хлебнул кофе из термоса и поехал на кресельном подъемнике. Ветра почти не было, можно было не опускать купол и наслаждаться видами. Хорошо, что очки взял на солнечную погоду. А то рельеф трассы при таком солнце видно плохо.

Постоял наверху, оценивая уклон. В это время с подъёмника выкатился тот самый лыжник в чёрном. Без паузы пошёл под уклон на трассу. Забавно, ведь у Митко у самого вся экипировка чёрного цвета. Что ж. Погоняем! Он оттолкнулся палками.

У Аси было две куртки. Ярко-оранжевая и чёрная. Последняя принадлежала когда-то Жорке, но естественно уже на него не налезала. Ася забрала её себе. Уж очень удобная она оказалась. Много карманов, отличные застежки. И тёплая. А то, что мужская, то ей без разницы. Не на подиуме. Отец учил их, что в горах не бывает мелочей. И хорошее снаряжение — фактор безопасного отдыха.

Сегодня у Аси в планах была "чёрная" горка. Та, на которую идёт подъёмник с подножия "красной" трассы. Было ещё два склона высокой сложности. Один для соревнований. Там ежедневно могли помериться силами все желающие. Но намеченый был подлиннее и явно интереснее. Народу туда поднималось больше. — Аська, точно не пойдёшь с нами на "синюю"? — на всякий случай спросил её папа. — Нет уж. Идите сами, — рассмеялась Ася.

Родители хоть и были женаты почти тридцать лет, всё ещё вели себя как влюбленные подростки. Целовались, ходили за ручку. Вот сейчас папа шёл на пологий склон, чтобы быть рядом с мамой.

Потом он усадит её в кафе внизу. Она будет пить глинтвейн, а он поднимется снова и снова, чтобы покататься на сложных горках. Но каждый раз будет спускаться к ней. Она будет встречать его, вкладывать в рот мужу дольки мандарина и восхищаться, какой он у неё спортивный и сильный.

Асе хотелось, чтобы и у нее было вот так же. Искренне, открыто, ярко. Так, что всем окружающим от этой любви тепло и радостно.