Неопределённость в этом вопросе продолжала беспокоить старшего сотрудника ОГПУ все оставшиеся дни недели. К вечеру пятницы он уже почти совсем успокоился и решил, что его подглядывание прошло незамеченным, хотя так и не придумал, что же ему делать с этим новым знанием.

Однако утром в субботу у него дома неожиданно зазвонил телефон, и комиссар предложил "встретиться и поговорить о делах".

Перекуров и Остроухов жили в соседних служебных домах. Когда старший сотрудник ОГПУ спустился вниз по лестнице и вышел на улицу, комиссар уже ждал его возле дверей подъезда.

Перебросившись парой незначительных фраз, они направились в близлежащий парк. По пути им встретился дюжий высоченный мужик в спортивном костюме - Василий, агент транспортного отдела ОГПУ, живший в том же доме, что и комиссар. Ясенев был знаком с ним и они обменялись кивками. По Остроухову Василий лишь скользнул равнодушным взглядом. Коротышка- комиссар что-то недовольно буркнул и зло сверкнул глазами.

В парке они обосновались на скамейке, в тени деревьев, вдали от других гуляющих. Комиссар достал из роскошного портсигара папиросу, вставил её в мундштук, щёлкнул зажигалкой и затянулся дымом.

– Ты видел,- утверждающим тоном сообщил он.

Старший сотрудник счёл бесполезным отпираться, но и говорить ничего не стал. Выжидающе уставившись на собеседника, он размышлял о том, в какую сторону может повернуться разговор. Ситуация выходила, по меньшей мере, странной и опасной.

Помолчав немного, комиссар сказал, отряхивая пепел с папиросы:

– Да, я принадлежу к семейству вампиров. Так нас называют люди. Нас мало, мы встречаемся редко среди людей. Мы особые, избранные. Люди не понимают нас, в своём большинстве они тупы и невежественны.

Ты показал себя другим. Ты умён, талантлив, отличный аналитик. Хорошо проявил себя и в последнем рейде. Я рад, что ты работаешь в моём отделе. У тебя большие перспективы.

Вампир ещё помолчал, а потом, доверительно нагнувшись к собеседнику, предложил:

– Ты можешь стать совсем своим для нас.

Ясенев-Перекуров облизнул пересохшие губы.

– Как это?- хриплым голосом спросил он.

– Ты можешь присоединиться к нашему сообществу. Семейству вампиров.

Поскольку Ясенев-Перекуров продолжал вопросительно смотреть на него, вурдалак пояснил:

– Один ритуальный укус в шею, и ты станешь нашим.

Старший сотрудник ОГПУ вздрогнул и невольно дёрнулся в сторону.

Его начальник усмехнулся, загасил папиросу и швырнул бычок в урну.

– Превращение человека в вурдалака может произойти только добровольно,- сообщил он.- Все эти россказни в книжках про то, как мы набрасываемся на людей и, искусав их, превращаем в себе подобных - совершеннейшая ерунда. Только сам человек может превратить себя в вурдалака. При помощи других вурдалаков, разумеется.

Перекуров отвёл взгляд от лица вампира, в черных зрачках которого он теперь улавливал красноватые искорки. Сейчас он понял, что имел в виду его знакомый чекист, сказавший об Остроухове: "у него есть что-то в глазах".

Некоторое время старший сотрудник пытался собрать вместе разбегавшиеся мысли, но те как-то не очень хотели складываться во что-то определённое.

– Не всё же время тебе быть простым оперативником,- усилил давление его начальник.- После инициации твой статус сильно повысится. Мне в карьере постоянно помогали наши. Так и ты, если присоединишься к нам, тоже быстро взлетишь.

Перекуров откашлялся.

– Пока я не готов,- сказал он.- Это ответственное решение и над ним надо подумать.

– Думай,- благосклонно разрешил его начальник. Он закурил новую папиросу и продолжил:

– У нас обширные планы. Нас, вурдалаков, долго угнетали, преследовали, мы вынуждены были маскироваться и прятаться. Сейчас тоже мы ещё не можем развернуться в полную силу, открыто пить кровь у людей, готовить из неё гурманские блюда ...

Плешивый коротышка облизнулся.

– Но мы стремимся к этому и обязательно достигнем своей цели. Мы превратим весь народ в покорное стадо своих рабов, которые будут верить всему, что мы говорим, и даже с радостью выполнять всё, что мы прикажем, включая отправку своих детей к нам на пропитание, чтобы мы сосали из них кровь. Или использовать их, чтобы сосать кровь из других. Ах! Нет ничего слаще тёплой, свежей человеческой крови!

Вурдалак снова провёл языком по губам.

– Мы преобразуем человеческий материал. Заставим их полюбить нас, вурдалаков, когда мы окончательно выйдем из тени. Мы превратим население этой страны в рабов, но при этом убедим их, что такое положение - лучшее из всех возможных, что служение нам, их хозяевам - высшая радость, которую они могут испытать.

Вурдалак мечтательно зажмурился, словно наслаждаясь описанной им картиной, потом снова открыл глаза и добавил:

– А ещё наши учёные считают, что кровь молодых, особенно детей, омолаживает организм, помогает ему избежать старения. Так что мы будем жить очень долго, насыщенной жизнью, а обычные людишки будут просто проходить по ней, бесполезными однодневными тенями, не свершая никаких великих и славных деяний.