— Чем ещё товарищ Сергей решил нас порадовать?

— Он выделяет нам пятьдесят портальных колец. Советует хорошенько подумать, где их можно разместить.

— Можете выходить, товарищ Архонт, только колпак не снимайте. — Проговорил сопровождающий. — Я догадываюсь, для вас он что есть, что нет, но у нас есть определённые меры безопасности, которые мы обязаны соблюдать, несмотря ни на что.

Архонт молча выбрался из автомобиля. На голове его был чёрный мешок из плотной ткани.

— Следуйте за мной. Если необходимо, то держите меня за плечо. — Скомандовал сопровождающий и направил вглубь небольшого кирпичного склада. Архонт шёл позади него. — Сейчас мы спустимся на лифте под землю. Не пугайтесь, если вам покажется, что вы падаете. — Предупредил работник Гохрана.

Обычный с виду лифт с тихим гудением опустил их довольно глубоко. Двери раскрылись. Их встречали военные, похожие на рыцарей древности, в своих серебряных панцирях и шлемах. Точно такие же шлемы Архонта с сопровождающим заставили надеть на голову.

— С каждым разом что-нибудь новое придумывают. — Чертыхался гохрановец, натягивая на себя куртку с нашитыми на неё серебряными пластинами. Она была безразмерная и поэтому не застёгивалась, а запахивалась, как халат, хотя и была намного короче.

— Можешь не одевать. — Ухмыльнулся один из вояк. — Но мы тогда тебя пристрелим. На всякий случай. Согласно новому протоколу безопасности. — Рассмеялся он немудрёной шутке.

— Вам бы только стрелять. — Отмахнулся сопровождающий. — Пойдёмте товарищ. — Подхватил он Архонта под руку.

Они долго шли по широкому подземному коридору, хорошо освещённому электрическими лампочками. Через равные промежутки от тоннеля, по которому они шли, в обе стороны отходили перпендикулярные широкие коридоры. Вдоль их стен, от пола до потолка, высились стеллажи забитые разнообразными продуктами питания.

— Нам сюда. — Свернул гохрановец в очередное ответвление. — Здесь у нас хранится семенной материал.

Они быстро шли между штабелями уложенных мешков с зерном. Сотрудник Гохрана посматривал на Архонта, но тот ничего не делал, а просто шёл по проходу. Внезапно Архонт остановился.

— Дай мел. — Произнёс он без выражения. — У вас в правом нагрудном кармане пачка с мелками лежит.

Сопровождающий похлопал себя по груди и действительно вспомнил про набор цветных мелков, который положил ещё утром в карман. Кое-как вытащил его, запутавшись в полах куртки, подвязанной поясом.

— Достаньте красный. — Потребовал Архонт.

Получив желаемое, он, нагнувшись, прочертил кривую линию через весь проход. От одного штабеля мешков до другого. Пройдя несколько метров, Архонт начертил вторую черту.

— Мешки с зерном, которые находятся между этими линиями, нельзя использовать, как посевной материал. Зерно не взойдёт. Оно мертво. Можно употреблять в еду.

Сотрудник Гохрана открыл папку, и, сверяясь с обозначениями на мешках, начал перелистывать бумаги.

— Поставка из колхоза “Ленинец”. Я пометил. Товарищ Архонт, причину порчи зерна можете назвать? Это пригодится при дальнейшем расследовании вредительства.

— Отсталая техническая база. Нет смысла разбираться. Продолжаем работать.

Вечером, садясь обратно в машину, гохрановец сказал:

— На сегодня всё. В ближайшие 4 дня мы посетим остальные склады.

— У вас есть всего два дня. — Спокойно ответил Архонт. — Я могу работать круглые сутки. Думайте.

— Но как же…

— Два.

— Дед, у тебя есть большой рюкзак? — Спросила Наташа в переговорник.

— Есть. А зачем тебе? — Ответил друид.

— Нужен. Яйцо положить.

— Хм. Получилось всё-таки. Ты на той же поляне? Сейчас подойду. — Пообещал Ворса и отключился.

Друид, так же, как и в прошлый раз, вышел на поляну, рассекая сугробы. В одной руке он нёс широкие лыжи, а во второй лыжные палочки. Ворса воткнул их в сугроб и вышел на чистое место. Он подошёл к Наташе, сидевшей на корточках возле перламутрового яйца и осторожно проводящей по его поверхности рукой.

— Тёплое. — Сказала она, ни к кому не обращаясь.

Друид присел рядом и тоже положил руку на яйцо. Скорлупой это переливающееся нечто точно не было.

— Оно не тёплое. — Пояснил он. — Это тепло твоей руки. Яйцо просто не поглощает его как другие предметы. Поэтому кажется тёплым.