– Юр… Юра.

– Да, красавица, – откликнулся он, но откуда-то сбоку.

Его губы прильнули к моему ушку. Он укусил и сказал тихо:

– Все хорошо, Эль. Ты такая влажная, вся готова для нас.

Я вскрикнула, почувствовав между ног его пальцы. И не только его. Данила тоже продолжал целовать и гладить меня. Я оказалась зажата между ними. Мы занимались сексом втроем.

Утром я снова проснулась мокрая и возбуждённая. Два оргазма за ночь! Кажется, у меня давно не было секса. Я старалась не вспоминать ночные видения. Но нелепая мысль радовала: я хотя бы никого не перепутала во сне.

Эля

Я проснулась слишком рано и уже не могла уснуть. Чтобы не терять время, поехала в офис. Мой мусор ждал в корзинках. Я обрадовалась, что уборщица не тронула его, собрала три пакета и сгоняла вниз, где стояли контейнеры для сортировки мусора. Вернувшись в офис, я аккуратно задвинула корзинки под свой стол.

– Ты все еще чокнутая, – констатировал Данила надо мной.

Я дернулась и ударилась головой о стол. Но вынырнула гордая, хоть и болело знатно.

– Ты все еще придурок, – ответила я ему любезностью.

Это точно был Данила. Сейчас я не ошибалась. Рваные джинсы и ковбойская рубаха в клетку, на голове взрыв на макаронной фабрике. Как будто он трахался всю ночь и помчался в офис прямо из объятий развратной девицы. Юра вчера, даже растрепанный мной, выглядел приличнее в сто раз. Но стоило признать: оба они чертовски красивые. Их невозможно помять до безобразия.

– Нет, серьезно, – продолжал докапываться Данила. – Ты сама сортируешь мусор? Три урны? Пластик, пищевые отходы и....

Он потер подбородок, припоминая, для чего третья.

– Бумага и картон, – закончила я.

– Точно. Нафига, Березина? Клининг прекрасно сортирует мусор.

– Пару раз я видела, что они все вываливают в общие отходы.

Даня закатил глаза.

– И что?

– И то, – передразнила я безобразно. – Теперь это моя зона ответственности.

– Зануда. Ладно. Пошли в кабинет.

– Не пойду, – выпалила я и сразу предупредила. – И не смей меня хватать.

– Нужна ты мне сто лет. Можно и не ходить.

Он фыркнул и схватил кресло у соседнего стола.

– Тогда я сяду здесь, и мы посмотрим материалы для “Души”.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он просто зажал мне его ладонью..

– Да, Даня,– визгливо стал он изображать мой голос. – Я была такая глупая вчера. Этот проект слишком классный, чтобы мы срались по пустякам. Юрик меня уговорил, нырнув в пилотку, и теперь я немного добрая, немного умная.

Я наконец откинула его руку.

– Ты!

– Говнюк, да. Да, Юрка сказал, что ездил к тебе, и ты согласна.

– А про пилотку! – заорала я на весь офис, снова теряя тормоза. Притихла и добавила почти шепотом, краснея. – Зачем он сказал тебе про пилотку?

Даня улыбнулся. Его морда стала наглой до неприличия. Я поморщилась от омерзения. Зачем я повторяю его мерзкие выражения? Это все от злости. Как Юра мог ему рассказать?

– А про пилотку Юрка мне не говорил, – торжественно тихо сказал Данила. – Я угадал.

Мои щеки и так пылали, но теперь об них можно было прикуривать.

Данила продолжал забавляться, пока я прятала свою алую физиономию за руками.

– Офигеть, как круто. Беру обратно почти все слова о стереотипическом скучном мышлении Юрца. Как он вышел из клише! Обычно подчиненная отсасывает боссу, чтобы получить хороший заказ, а у вас наоборот. Мощно! Да ладно, Березина, не умирай. Или куни был такой отвратительный, что тебя плющит?

Я открыла лицо и сверкнула глазами в Данилу. Вот бы убила, но он и не моргнул.

– Ничего отвратительного, – прохрипела я. – Все было потрясающе.

– Ну и славненько. Хорош прикидываться институткой. Секс – это круто.

Сказав это, Даня включил мой ноут и сказал:

– Я на общий диск накидал фотки локации. Давай попробуем склеить примерную фокусировку по кадрам пейзажа до встречи.

– До какой встречи? – удивилась я.