— Ирландия?

— Поддержка ИРА и всех её фракций будет свернута.

— Этого мало…

— Этого более чем достаточно, для доказательства наших намерений. Отрезал Вольф.

— В чем интерес геноссе Ольбрихта?

— Очень просто, герр Уайт. Наш интерес — французские колонии в Африке и Азии, обуздание амбиций Москвы и Вашингтона на мировое господство. Думаю, это обоюдный интерес.

Уайт покачал седой головой.

— Антанта существует почти сотню лет и остановила с десяток крупных конфликтов в Европе. В чем наш интерес — её ликвидировать?

— В том, что вы с французами, играете в одной песочнице, герр Уайт. Вы, прямые конкуренты в плане колониальной экономики, ваши владения часто граничат и порождают стычки и конфликты. Я уж не хочу напоминать про Канаду, Пандишери или Аравийское королевство.

Видя как у собеседника на миг окаменело лицо, немец мысленно усмехнулся. «Похоже, я попал в десятку». Отношения внутри Антанты, действительно были далеки от лучезарных. Особенно это касалось Канады, где французское меньшинство составляющее чуть ли не четверть населения и с каждым годом, при негласной поддержке Парижа, требовало расширения своей автономии вплоть до создания своего государства на территории британского доминиона. Крошечные французские владения в Индии, тоже были источником головной боли для Лондона. Помимо чудовищных обьемов контрабанды проходящих через Пандишери в Британскую Индию, по данным антитеррористического отдела МИ-5, несколько особо опасных террористов и мятежников слиняли из Индии, не без помощи администрации Пандишери. Что до Аравийского королевства, то местный монарх в отличии от предшественников ориентировавшихся на Лондон, явно слыл франкофилом, чего никогда не скрывал к раздражению Форин-офиса.

Видя что собеседник задумался, Маркус Вольф решил нанести еще один удар.

— Герр Уайт. А хотите услышать последнюю дипломатическую сплетню?

— Слушаю вас, мистер Вольф.

— Ходят слухи, что герр Бруно Ольбрихт, хочет сделать подобное предложение о союзе, президенту Франции, месье Брокару. Как вы думаете, сколько месье Брокар будет колебаться, перед тем как согласится?

— Мистер Вольф. Сморщился шеф британской разведки. Оставьте ваш примитивный шантаж для слабонервных. Не в вашем положении, ставить условия..

— Это почему? Польша рухнула за полторы недели, вы, наплевав на Варшавский меморандум обязавший Антанту защищать независимость и суверенитет Польши — даже не провели частичной мобилизации собственных армий. Мы победили потеряв менее трех тысяч убитых и приобрели целую страну победившего социализма у наших восточных границ…Наше положение крепко как никогда…

— После того, как русские вас публично выпороли, выгнав из Галиции и Волыни и наводнив бывшие восточные воеводства своими армиями, вам не стоит говорить о крепком положении…

— Герр Уайт. Вы отлично знаете, что боевые действия в Галиции, велись со стороны ГДР, всего лишь одним моторизованным корпусом против трех армейских корпусов русских. Да, мы уступили Москве их бывшие территории, но на время укрепили восточное направление.

— Мистер Вольф! Союз с Москвой, для вас невозможен. По крайней мере, долгосрочный. Вы опять пытаетесь блефовать…

Вольф неожиданно засмеялся чем вызвал оторопь у хладнокровного англичанина.

— Мистер Уайт. Пару месяцев назад, сам факт нашего разговора, здесь на фландрском побережье — считался бы блефом. Но мы не только здесь встретились, но еще и обсуждаем возможность заключения стратегического союза между нашими странами… Это ли не фантастика? Можно еще вспомнить тайный визит русской делегации на военную базу Форт-Отис, к президенту Трауту. Это тоже блеф по вашему? Или наши с Москвой нынешние переговоры в Женеве? Войну, сэр, мы уже остановили, о чем с Москвой мы будем разговаривать дальше, пока неизвестно.

Дик Уайт, неторопливо встал с шезлонга и натянув белую шляпу с обвисшими полями тихо сказал.

— Мистер Вольф. Вы здорово испортили мне отпуск, но ваши слова я передам своим коллегам из Форин-офиса и Палаты лордов.

Длинный и сухой, как палка геноссе Вольф в свою очередь, тоже встал и церемонно поклонился.

— Прошу прощение за испорченный отдых, герр Уайт. Думаю совместная с вами рыбалка где нибуть на озере Лаго-ди — Гарда сможет исправить ситуацию…

Перспектива. Вильна. Виленская губерния. 22 мая. 2005 года

Тяжелый вертолет Сикорского, С-74, похожий на майского жука переростка, приписанный к шестидесятому отдельному вертолетному полку расположенному недалеко от Санкт- Петербурга, несмотря на размер — совершенно немилосердно трясло. Командир экипажа, гвардейский полковник Никита Промтов, едва удерживал штурвал этой махины, выискивая место для посадки.

Немцы, уже ворвались в Вильну, но до полного контроля над городом, им было еще далеко. Третий армейский корпус генерал-лейтенанта Грибова, уперся рогом у вот уже три дня как главный город Виленской губернии и бывшая столица славного в средневековье Великого княжества Литовского, был ареной жестоких уличных боев. Русские, стояли насмерть, собираясь отойти только после оборудования тыловых рубежей по линии Паневежис — Шауляй — Утена — Глубокое — Лепель, дабы прикрыть направление на Митаву, Ригу и Полоцк. Здесь, в Литве в отличии от той же Западной Руси — дороги имелись, причем в изобилии, но верховное командование ННА посчитало Прибалтику — второстепенной целью. Максимум, чего хотели германцы на этом этапе войны — это занятие Риги, Либавы и Виндавы и создание с опорой на реки и озера мощной укрепленной линии «Ливонский вал», прикрывающий стратегический северный фланг наступающего на восток фольксвера и обезопасившая Восточную Пруссию и перевозки по Балтике. Опять же в Риге — отличная промышленная база, чуть хуже чем в Петербурге, но весьма достойная и две первоклассных военно- морских базы. Есть где разместить дизель-электрические субмарины, шнелльракетботы и тральщики, что бы «перекрыть кислород» многочисленному, но трусливому Балтийскому флоту русских. Дальше этого, план Восточной компании составленный Генштабом в Цоссене, не распространялся. Принципы стратегии Клаузевица — концентрация на главном направлении превосходящих сил и решительное наступление, несмотря на прошедшее столетие для германских генералов остались неизменными. Правда сейчас в, двадцать первом веке, к грубой напористости прусской военной школы, добавился налет изящества в виде «национального освобождения» от ЦК СЕПГ и аналитиков Штази.

Основной удар, где были сосредоточены лучшие бронетанковые, егерские и гренадерские дивизии ННА, отборные силы люфтваффе и наиболее талантливые генералы — наносился гораздо южнее. Первостепенной цельюВосточной компании было — быстрое занятие четырехмиллионного Киева, «духовной столицы» России и провозглашения там, независимой, Украинской Социалистической Республики. В самом Киеве, уже несколько лет, удачно работала подпольная организация — Украинская народная ассамблея, объединившая все круги нарождающегося украинского национального общества. Сейчас в организации было больше пяти тысяч действующих членов — включая нескольких армейских и жандармских генералов, сотни военных и полицейских чинов украинского происхождения, уставших от многовекового русского гнета. Стоит поднять вместе с флагом ГДР над Днепром, желто-голубой стяг независимой Украины, как все величие имперской России начнет крошится как кусок льда, на солнцепеке. Почти четверть солдат и унтер-офицеров, каждый пятый офицер в Русской армии — украинец. Для них, появление собственного государства, положит начало мучительному выбору на чьей стороне им воевать? На стороне социалистической, народной Германии, принесшей их народу долгожданное избавление от оков русификации и унижения или за кучку зажравшихся олигархов и генералов презирающих, язык и культуру украинцев?? Следом, национальное пробуждение охватит другие угнетенные народы и Кремлю, придется либо идти на уступки и реформы либо начинать масштабную бойню с собственным народом. И это в разгар войны! Что реформы, что террор в этом случае, обязательно приведут Россию к поражению. Так, стремительный прорыв к Киеву и его занятие, формирование Украинской рады и провозглашение независимости от Москвы — вот краеугольный камень быстрой победы в Восточной компании. Так что с Санкт- Петербургом и всем Северо-западом России, надо будет разбираться потом, когда фундамент Руси уже пойдет трещинами и начнёт разваливаться.