*****

Пару дней назад, сразу после того как господин Бородин стал президентом России, а наша доблестная армия пересекла русско-польскую границу с восточной стороны, Небогатова вызвал его шеф, генерал-лейтенант Толстой и дымя толстой сигарой, жестом приказал сесть.

— Евгений Вадимович, вы ведь у нас по восточной теме специализируетесь?

— Скорее по кавказской, Петр Алексеевич…

— Да — да, я помню. Читал ваше личное досье…Служили в пограничной охране в Закавказье, оттуда попали в жандармерию. Но вы же окончили Восточный институт и некоторое время, жили в Баку?

— Так точно, господин генерал-лейтенант…

— Владеете тюркским наречием? В достаточной мере?

— Да. Говорю на закавказском диалекте татарского (2), знаю карачаевский диалект…

— Этого достаточно.

Толстой, отложил, с явным сожалением, сигару в массивную пепельницу и звонком вызвал адъютанта, румяного и подтянутого Николя Хоменко.

— Проводите господина полковника в особый кабинет для ознакомления с документацией. Приказал «Граф» и благожелательно добавил.

— Двух часов, Евгений Вадимович, вам должно хватить для ознакомления с документами. Затем, отправляйтесь с финансовый отдел, оформлять командировку. В предстоящей операции, господин Небогатов — вы представитель Оперативного бюро и мой личный представитель в Туркестане. Дерзайте. Жду от вас подробного освещения обстановки и каждодневного, объективного рапорта.

Документацией, за которую пришлось дважды расписаться в книгах учета по обеспечению государственной тайны и учета движения секретной документации, прежде чем взять в руки — была объемная аналитическая записка, о росте религиозного экстремизма нового типа, в мусульманской среде. По мере чтения, Женю удивило, что помимо обычных жандармских чинов, к составлению записки были привлечены гражданские специалисты причем как этнографы так и специалисты по религии и истории Востока, включая знаменитого профессора Ферзена, отставного главы Департамента стран Востока и Индии МИД, профессора Пермякова и многих других авторитетных ученых мужей. Еще более удивило наличие в объемной аналитической записке информации от конкурентов из охранного бюро полиции. Причем информации важной и объективной.

Прочитав записку, Небогатов нашел имя её составителя некоего полковника Кобзева, приписанного в Санкт-Петербургскому губернскому жандармскому управлению.

«Толковый малый, надо его запомнить»

А записка то была так себе. Тревожная мягко, скажем записочка. Мол на Кавказе и особенно в Туркестане, к стандартному религиозному экстремизму хорошо изученному и весьма успешно подавляемому — добавился новый, прибывший из Аравии, вид экстремизма. Так называемый — ваххабизм. И если на Кавказе, распространение этой заразы еще удается контролировать, опираясь на достаточно русифицированные местные элиты, то в Туркестане, новый вид экстремизма разрастается подобно лесному пожару.

В отличии от Кавказа, местные элиты наглухо застряли в Средневековье и никак не могли реагировать на ваххабитскую заразу. Остальную Россию, связывала с Туркестаном только сеть железных дорог, укрепленные казачьи станицы с вооруженными заставами и разъездами и несколько промышленных городов типа Верного, Ташкента, Ивановска (3)с большим процентом русского населения. На остальной территории гигантского генерал-губернаторства царили мрак, неграмотность и дикие суеверия. Что бы подтянуть Туркестан до уровня хотя бы Закавказья, требовались десятилетия напряженной работы и миллиардные вложения…

Так что условия для роста экстремизма, сложились в Туркестане тепличные, как из учебника. Это когда верхи не могут а низы не хотят жить по старому, все по методу гениального злодея Ульянова по кличке «Ленин», вздыбившего великую империю и едва не выигравший кровавую Гражданскую войну. Если бы не уличный грабитель и убивец Яшка Кошельков, простреливший гениальному вождю Революции его гениальный жбан, то неизвестно, как бы пошла мировая история. Так что у нас в Туркестане и отчасти на Кавказе складывается прямо взрывоопасная ситуация.

Составлявший аналитическую записку и неизвестный Жене, полковник Кобзев особо давил на то, что традиционные методы противодействия терроризмом с ваххабитами, не срабатывают и нужно что то новое и нетрадиционное. Ну это нам близко и понятно. Нетрадиционные методы борьбы с терроризмом — это мое второе имя.

Уже сидя в самолете и надев наушники, Небогатов слушал по радио репортаж о жестоких боях в Галиции и усилиях дипломатов в Женеве по разрешению конфликта. Черт возьми, Димка Громов и Серега Дельвиг, сейчас там. В самом пекле внезапной русско-германской войны. Все ее ждали почти восемьдесят лет, но она как обычно началась неожиданно. Беда — беда…

******

Уральск- встретил его волнами удушливой жары, но по сообщению метеорологов, в ближайшие пару дней аномальная жара пойдет на спад и установится более привычная температура. Хотелось бы надеяться, ибо Женя почувствовал, что его рубашка взопрев, тут же прилипла к телу. Как мокрая медуза.

Его никто не встречал, как и было обговорено ранее. Сразу возле стойки администратора и билетными кассами аэропорта, терлась стайка крепких мужиков, в жетонами таксистов наполовину русских, на половину — явных азиатов.