— Евгений Вадимович, будьте любезны, изложите свою теорию. Алексеев сделал неопределенный жест рукой..

Откашлявшись, Женя взял несколько скрепленных листов….

Уже через сорок минут, генерал жандармерии Бьерн, покачал головой и тихо спросил.

— Вы, подполковник, это сами придумали или подсказал кто?

— Да сам…

— Тогда, зная вас, я исключаю что вы германский агент, но далеко не исключаю, что вы сумасшедший. У вас, головокружение от предыдущих успехов просто затмило разум. Вы предлагаете создать на государственные деньги несколько сепаратистских, террористических организаций и разрешать им совершать реальные нападения и теракты??? В преддверии войны? Евгений Вадимович, если бы я вас не знал столько лет и участвовал в совместных операциях то…

— Это мизерные потери. Если на мы пороге большой войны то пара тысяч жертв терактов это та минимальная плата, капля в море крови которая прольется…Ради победы.

В зале повисла мертвая, какая то потусторонняя тишина.

— Ведь вам, господа генералы известно, что мировая война которая уже идет потребует максимального напряжения сил и использования всех наличных резервов. И гонятся за шайками исламистов, самостийников или эсеров в разгар войны нам будет хлопотно и дорого. Поэтому, мое предложение дать им возможность раскрыться сейчас. Набрать силу, влияние, оружие. И в нужный момент — спровоцировать их выступление и прихлопнуть одним ударом. Максимально жестоко и показательно, на глазах у туземцев. Это позволит нам сосредоточится на германском фронте и не распылять силы на окраинах. Есть еще один вариант… Создать под нашим контролем Украинскую державную раду — подпольную организацию националистов якобы имеющих огромное влияние в малороссийских губерниях. И теперь, вопрос, господа…Что подумает немецкий Генштаб, где он нанесет основной удар, зная что в Малороссии существует многочисленное сепаратистское движение?

— А он же прав, господа! Прав! Генерал Нестеров привстал и хлопнул ладонью по столу. Черт возьми, его план грандиозен и пахнет сумасшествием …но какие перспективы… Заставить Германию действовать по нашим, заранее подготовленным планам…Взбунтовать исламистов и обезглавить их в нужный для нас, момент..

— Это риск. И цена ошибки здесь, гибель страны… Жестко высказался Бьерн, сверля недобрым взглядом своего подчиненного.

— Если мы фронт не удержим, то России и так — конец. Выдержав взгляд всесильного шефа жандармов, тихо сказал Небогатов.

— Решение уже принято главой государства. В составе Отдельного корпуса жандармов, создается особая агентурно-боевая группа «Цепь»- замкнутая исключительно на шефа жандармов. Именно «Цепь», реализует план по дезинформации противника с созданием и последующей ликвидацией террористических организаций. В составе каждого ведомства выделить по одному офицеру и прикомандировать его, естественно негласно, к «Цепи» для исполнение задач взаимодействия в рамках данной операции. Кроме вас, присутствующих здесь и прикомандированных офицеров не о группе «Цепь» ни о планах знать не должен никто. Никакой документации, отчетов, заседаний, проводится не будет. Все передавать устно либо оформлять через анонимных секретных сотрудников. Доклад генерала Бьерна, раз в две недели, лично главе государства…

Особая группа «Цепь»- скрипя и лязгая в недрах жандармерии достаточно быстро вышла на заданную траекторию несмотря на малый штат сотрудников. Деньги оперативные расходы выделялись неимоверно быстро и без всякой бюрократии, любые распоряжение нижестоящим и территориальным подразделениям начинались с начальственного рыка по телефону «оказать данным офицерам, всестороннее содействие….». Правый рукой генерала Бьерна, опять же негласно стал знаменитый «ас оперативной работы» и ветеран Туркестана генерал-лейтенант Ильнур Хайдаров, ментор и наставник Жени Небогатова, имеющего теперь среди жандармов заслуженную кличку «Счастливчик».

Ильнур Уразович, официально службу закончил, вышел в резерв с генерал-лейтенантской пенсией и должностью сенатора от Казанской губернии, поэтому основное время проводил в Санкт-Петербурге, где и находилась база «Цепи» запрятанная в одной из многочисленных бюрократических организаций гнездящихся во второй русской столице. Генерал Хайдаров, еженедельно мотался в Москву на доклад шефу жандармов, причем встречались они на конспиративных квартирах. Такие чрезвычайные, вплоть до паранойи методы секретности, дали свои плоды — вплоть до начала войны о существовании «Цепи» ни догадывались не в Берлине, не в Стамбуле ни в Лондоне, ни даже в Москве. Если Небогатов, специализировался на Туркестане, полковник Корбут специализировался на Литве и Белой Руси, где была создана «Белоруска Рада», бывший резидент в Вене, полковник Булашевич, удачно создал в Киеве националистическую Украинскую Раду, с амбициозным полковником Моисеенко из штаба КВО, всерьез считавшим что его медленно продвижение по карьерной лестнице связано с его малороссийским происхождением и кознями ненавистных москалей. А не с его склочным и подлым характером. Очень быстро, подпольная организация разрослась и туда вступили несколько уважаемых малороссийских дворянских родов, мечтающих о взлете при возможной самостийности, а так же множество разночинцев и чиновников различного ранга. Присоединялись и офицеры малороссийского происхождения.

— Это мы хорошо с «цепью» придумали…вовремя наживку бросили. Удивительно, кто на нее клюнул! И ведь по виду — самые что ни на есть добропорядочные граждане, опора республики. Генерал Бьерн, через год, считал «цепь» уже лично своим изобретением о чем не раз сообщал при встречах с подчиненными.

В Туркестане, наживка щедро разбросанная Небогатовым была быстро сожрана — освоена несколькими конкурирующими группировками готовящимся к «газавату» против неверных. Среди них выделялась так называемая группа Зардари- бежавшего в Туркестан из Индии бывшего субалтерн-майора Британской индийской армии, участника Пенджабской войны(7). Он уже скрывался на российской территории два десятка лет, пакостя по мелочи, а местная охранка и жандармерия и в ус не дули, в упор не видя беглого сипая. Вообще считая его легендой. Но это не так, Юсуф Зардари персонаж вполне живой и реальный. Именно ему, в плане Небогатова, как чужаку и пламенному подпольному проповеднику чьи записи записанные на магнитофонную пленку ходили по всему Туркестану возбуждая ненависть к неверным — отводилась ключевая роль главного злодея. У него были для этого воля, религиозность и организационные способности больше чем у остальных вместе взятых самозваных «амиров» являющихся по существу племенными вождями с полным отсутствием стратегического мышления. Порезать неверных, пожрать и пограбить всласть, вот предел мечтаний для этой мелюзги. То ли дело Зардари. За его плечами и успешная служба в БИА и хорошее образование. Он чужак, белудж- стоит выше погрязших в родо-племенных разборках местных. Ему как говорится и карты в руки. Агент Тенгиз был подведен к нему более двух лет, как человек открывший для себя истину Аллаха и работающий на «умму» в стане неверных. За эту пару лет, конкуренты Зардари по исламскому подполью были благополучно устранены благодаря тому что Юсуф их сливал через Тенгиза неверным. Когда с конкурентами в Ферганской области было закончено, и вся «умма» безоговорочно перешла под контроль Зардари — пришло время больших дел.

— Немцы придут скоро. Отрастивший обильную бороду и сильно потолстевший, ничем не похожий на того стройного, усатого субалтерн-майора 21 пенджабского пограничного полка каким он сбежал из Индии, спасаясь мести британского спецназа, Юсуф неторопливо перебирал четки смотря на сидящих перед ним подручных.

— Это точно, господин? Прижав руку к груди вежливо осведомился Джафар, один из немногих юзбаши (8) басмачей живущий контрабандой и дорожными налетами. Эта профессия, развила у Джафара чрезвычайную осторожность и подозрительность, благодаря которой они, несмотря на все усилия пограничной охраны, жандармерии и полиции — он был еще жив и вполне здоров.