(A.Hepburn — "Under")

Рав.

Что я там нес? Перечитываю своё сообщение с «платоническими», неплохо, конечно, завуалировал, ну да ладно. Она наконец вышла, окинула поляну серьёзным взглядом и пошла за кружкой к раковине. Вдруг резко обернулась и шикнула.

— Перестань её гладить! Чуть не подпрыгнул вместе с Марой. — Жалко что ли?

Котёнок мяукнул и продолжил ласкаться о мою кисть. На самом деле, не думал, что вызову в этом комочке приступ неудержимой ласки, меня животные обычно обходят стороной, что голуби, что кошки, что Леськина собака — будь она не ладна. Видимо, чувствуют моё гнильцо. Губы расплылись в ухмылке.

— Жалко. — Налила кипяток, закинула пакетик с небольшой долькой лимона. — О, слушай, можешь мне сделать?

Повернулась, рассмеялся, совсем осмелев..

— И лицо попроще сделай заодно. Сложно что ли? Поухаживай, я ж в гостях. — Серьёзно!? Ты вспомнил, что в гостях? Ничего себе! Завтра снег выпадет.

Цокнул.

— Не драматизируй.

Взяла ещё одну кружку, бросила свой пакетик, налила кипяток. Схватилась за лимон, замерла.

— Ага, без сахара. — Комментирую я под любвеобильное мурлыканье серого комочка.

Снова обернулась.

— Откуда Аню знаешь?

Резко выпрямился и даже убрал ногу со стула, чему ещё больше обрадовалась Мара.

— Опа, наконец-то! Заинтересовал, дожили! Юху, несите гитару, сейчас спою.

Поджала губки, чуть ли не кинула в меня кружкой (Да, я заметил эту попытку), села напротив.

— Ешь, тут вот салатик с брынзой и помидорами, я прям старался… — Комментирую, пока она зачем-то копается в телефоне. — Тут вот нарезочка, фруктики, хлебцы твои любимые. Ешь-не хочу.

Выставила указательный и поднесла телефон к уху.

— Кому.. — Помолчи.

Даже отсюда слышу гудки.

— Мам, привет. Как ты? — Укоризненно смотрит на меня, выбивая пальцами чечётку по своей кружке, как бы намекая, что если что кипяток всё-таки полетит в мою распрекрасную охмуревшую физиономию. Ну, Окей. Достал хлебец, положил на её тарелочку, пододвинул салатик, насадил на вилку целую стопку мяса. — Да, всё в порядке. Извини, что в воскресенье не позвонила. Да, мам, я тоже тебя люблю. Приеду на следующих выходных. Там папа возвращается? Правда? А, да, ты говорила… Спасибо, мам, и тебе спокойной ночи. А? Та девушка..

Вдруг посмотрела на меня, перестав накручивать локон на палец. Прыснул. Не, серьезно!? Обо мне речь? Я ж шутил тогда..

— Да, у неё всё в порядке. Пока мам, люблю тебя. Целую, засыпай пораньше, не смотри долго телевизор..

И чем дольше она говорит, тем дальше я отвожу взгляд и кусаю себе губу, стараясь не дать внутри завыть пронзительной скрипке. Выдохнул. Нет, не надо мне подобного. Оставьте себе все эти Ваши телячьи нежности..

— Что с тобой?

Оборачиваюсь, ломанно улыбнувшись.

— Ничего, Кать. Ешь уже. Что ты там спрашивала? Про Аню? — Убрал чайный пакетик, слегка сморщившись от капнувшего на кисть кипятка. — Её ещё со школы — это лучшая подруга Никиткиной сестры. Мы сюда приходили пару раз, вот такое совпадение.

— Серьезно? — Ага, сам удивился. Как тут в судьбу не поверишь, да? — Усмехнулся. — Часто важное вертится прямо перед твоим носом.

Заметил, как отвела взгляд. Хотя казалось бы — ничего такого и не сказал. Отпила чай, подкинула Маре немного сыра. Та с радостью спрыгнула с меня и слопала всё, уплетая вместе со своим кормом.

— А кто такая у вас Диляра… отчество забыла.

Улыбнулся, вспоминая о ком речь.

— Ахметовна? — Кивнула. Продолжил. — Дильчик — у нас звезда звездой в женской категории. Крутая женщина, кстати. Только не говори, что Ники тебя на неё спихнул?

Кивнула, недовольно протянул.

— Я-я-ясно. Ну, ладно, она на самом деле потрясная. Завтра же бассейн с утра?

Снова кивнула.

— Отвезу тогда. — Сразу присек взглядом. — Не спорь. Ну, ещё вопросы?

Наконец взялась за салат. Положил голову на кисти, улыбнулся.

— Вкусненько, да? — Нормально. — Ответила, стирая со своих губ масляный след… Да твою дивизию, как же мало мне надо, чтобы забыть об усталости после двухчасовой… Нет, так я точно с катушек слечу. Схватился за горячую кружку. — Ты не обиделся на вчерашнее? — На что? — Ну.. — Про щенка? — Прыснул. — Нет, не переживай. Забавная ты, Кать. Это всё, что интересует?

Пожала плечами, пережевывая нарезку.

— Тогда давай я начну, если что поправишь. — Кивнула. — Ты у нас девушка из полной семьи, тебе 21 годик, без вредных привычек, по ресторанам, кроме работы, не шатаешься, ведёшь исключительно домашний образ жизни, читаешь книжечки и любишь украшения с нефритом. Добренькая, порядочная, иногда заносчивая, но в целом прекрасный образец. Дальше… есть несущественные заморочки по поводу своей внешности, текущие примерно со школы, что вполне решаются путём самоанализа и добротного… — Прокашлялся. — уважения. Что-то ещё? А, да, особняком стоит полное отсутствие опыта.