– Я услышал вас, госпожа маркиза. Ваши требования справедливы, я постараюсь удовлетворить их поскорее. Мне рассказывали о некоем сундуке графа Ренара, который доставили в крепость, возможно, там содержится что-то полезное. Давайте договоримся так. Госпожа… как её зовут? Пелагея? – ну и имена у этих местных, голову сломаешь, ни на что не похожие! – Как она к вам? Расположена? Не собирается выставить вас на улицу?

– Нет пока, - пожимает плечами, совершенно простецким жестом.

– Значит, воспользуемся этим счастливым моментом. Пусть она так дальше и продолжает, а пока узнаем, что там, с имуществом. Вы видели дом?

– И даже была в нём.

– Далеко отсюда?

Она повернулась к горам и к лесу, сощурилась…

– Вон там кусок крыши видно, - показывает куда-то в гору.

Кусок крыши – это, конечно же, прекрасно, куда деваться.

– И в каком он состоянии?

– В за…хламлённом по уши.

Заминочку Анри услышал очень явственно и ухмыльнулся про себя – неужели наша вежливая госпожа маркиза хотела сказать что-то посильнее того, что сказала? Ещё и слова бранные знает? Неужели? Или тюрьма научила?

Его самого тюрьма не научила ничему новому, после армии-то. Это если просто красоваться изредка на белом коне в парадной форме, то что угодно испытанием покажется. А если в самом деле воевать – то потом уже нет, будь ты хоть чей сын. Чтобы научиться – придётся многое пережить и испытать, иначе не выйдет.

– Значит, постараемся расхламить. Крепость я уже почти что расхламил, значит, можно будет заняться домом графа Ренара. То есть, теперь вашим домом, маркиза. Он достаточно велик?

– Для чего? – усмехнулась она. – Вместить меня? Получится, и ещё место останется. Зимой пригодным для жизни может быть только первый этаж, потому что он отапливается. Летом места больше.

– Отапливается – это хорошо, - кивнул Анри, хотел спросить ещё о чём-то, но услышал бегущего сверху Северина.

– Господин Анри! Господин Анри! Госпожа Пелагея велела звать вас обедать! И госпожу маркизу тоже!

Анри весело взглянул на маркизу. Та смотрела хмуро, наверное, злилась, что не удалось от него избавиться.

– Пойдёмте, маркиза. Если ваша госпожа Пелаегя зовёт обедать – следует слушаться, я правильно понимаю? Северин, бери обоих коней и веди туда же, наверное, там найдётся, где их привязать. Маркиза, прошу вас, - и подать ей руку.

Вежливо. С улыбкой.

Она глянула сумрачно, подняла с камня серую попонку, на которой сидела, и подала свою.

По дороге Анри ещё успел сказать интенданту Дрю, чтобы отправлялся с грузом наверх, а они с Северином прибудут позже. А пока у него дело в деревне, и то дело необходимо завершить.

20. Зима неотвратима

20. Зима неотвратима

Я смотрела за окно и не верила своим глазам – шёл снег.

Какой снег, сентябрь на дворе?

Это была моя первая осознанная мысль, потом я подняла себя с лавки и погнала на двор – убедиться. Всё же, слюдяные окошки отражают действительность не слишком достоверно, вдруг померещилось?

А вот и нет, не померещилось. Ни разу не померещилось. И вообще, Женя, включай уже голову. У тебя в Иркутске первый снег может случиться в сентябре – легко, правда ведь? А тут километров на пятьсот севернее. И вообще погода в последние дни была не сахар и не мёд – ветер с дождём, вот и надуло.

Но в остальном – начало сентября. Лиственницы стоят едва жёлтые, берёзы тоже. Заморозки были, но ещё не насмерть, и вода в бочке на дворе вчера-позавчера утром льдом не покрывалась.

В доме тепло, что радует. Мы исправно топим обе печи, а позавчера отец Вольдемар прислал сыновей колоть дрова. С дровами всё хорошо, их полный сарай.

Увы, я до сих пор не получила списка имущества. Отец Вольдемар пожимает плечами – мол, найдётся, не переживай. А с горы, от генерала дважды передавал привет его бледный юноша, говорил – пока не нашли, у нас неприятности, от дождя протекла крыша, а потом и рухнула, и что-то там ещё.

До дома мы с господином генералом тогда не дошли – его сорвали прямо из-за стола, что-то там у них, на горе, вскипело. И тогда я впервые увидела, как могут перемещаться маги, если очень хотят – мальчик Северин взял его за руку, и они просто шагнули вперёд… и исчезли оба. И всё. А больше мы и не виделись.

Но у вас же тепло, отмечал мальчик. Вот и отлично.

Тепло, тепло. Но в доме. А на улице холодно, прямо вот очень холодно. Хочется надеть джинсы, под них колготки, кроссовки и шапку. И куртку.