Компьютер тем временем выдал:

JCL EMULATOR> LINK

– Значит, это всё-таки был ты... Во главе всей затеи.

– Мы вроде бы на "вы", - машинально поправился Иннокентий Игоревич. И я бы не стал, э-э... преувеличивать свою роль. Я просто ввожу код. Иначе спутник... э-э... не сработает.

– Как же это я тебя проглядела, - Яна явно не слышала, - ну конечно, интернет, то-сё... На кого работаешь? Кто дал код?

– Код предоставили американцы, - спокойно сказал Зайцев.
– Я точно не знаю, кто. Один мой бывший аспирант там работает, вот он и предложил... э-э... И, - он слегка напыжился, - я не вижу в этом ничего предосудительного. В наше время все так или иначе работают, э-э... на того, кто платит. У меня больная жена. И я не хочу, чтобы она умерла, потому что у меня нет ста долларов на лекарство.

– Жена, значит... А возрождение русского народа, - Яну несло, возрождение России... И - пассионарную энергию на Москву. На Москву. На Москву. Япона мама, как же я ничего не понимала... Азеры. Сколько в Москве азеров? Миллион с хвостиком. Татар сколько? Я у Геры читала - миллион. Миллион! Миллион, сука!

– Яна Валерьевна, вы успокойтесь... причём тут какие-то татары?

– Армяшек, армяшек полмиллиона!
– в голос завизжала Яна.
– Грузины, чечены, вьетнамцы всякие! Таджиков двести тысяч, китайцы ещё какие-то... Даги, ингуши. А теперь задачка на вычитание! Сколько в Москве осталось русских? Русских сколько? Из двенадцати миллионов? Считай, быстро?

– Это всё какая-то ерунда... Зачем это всё? Всё равно русских... э-э... вообще белых... всё-таки большинство, - пожал плечами Зайцев. Иначе было бы... э-э... на улицах заметно.

На экране выскочило:

сomplete

*** No Errors ***

– А так, ну да, есть такая проблема... н-да, представители Кавказа и Закавказья, так сказать... в основном нелегальные мигранты, об этом теперь много пишут...
– Зайцев смотрел на неё участливо и встревоженно.
– Яна Валерьевна, у вас зрачки чрезмерно сужены, это нехороший признак. Вы, э-э... в порядке?

– Я-то в порядке, - девушка смотрела куда-то сквозь него, - а теперь скажи вот что. Русские сколько детей имеют в семье? И сколько чёрные? Сравнил? Русские же не плодятся. Не пло-дят-ся. А эти плодятся. Понимаешь?

– Это какие-то демографические проблемы... Какое отношение это имеет к нашим де...
– старик осёкся. Яна зло осклабилась.

– Дошло? Так кому же достанется импульс? Тем, кто сейчас, вот конкретно сейчас, зачинает детей. За-чи-на-ет, - перед глазами у неё слегка поплыло, и она пошевелила пальцами в воздухе, пытаясь найти опору. Не нашла. Выпрямилась. Пистолет в руке мешался.

– Зачинает. А мы не того... в гондонах трахаемся... Понятно?

– Ну... вы как-то очень грубо рассуждаете, - замямлил Зайцев, - вам определённо нехорошо...

– Тогда какой же народ мы тут, блядь, собрались возрождать? Чьи детки получат импульс? Похеру, что-ли? Мы разводим чёрный клоповник, и это будет пиздец. Полный пиздец России-матушке. Вот что это такое, - Яна икнула.

Зайцев промолчал.

– Ты можешь убрать спутник с орбиты? Ты вообще можешь что-нибудь сделать?
– Яна почесала нос дулом пистолета.

– Нет, - честно ответил Зайцев, снова кладя руки на клавиатуру. Теперь уже никто ничего не может. Процесс пошёл.

– Господи, какая же всё-таки херня... А сбить? Кто-нибудь может его сбить?

– Разве что американцы. Но у них есть, по-видимому, какие-то специфические интересы, - Иннокентий Игоревич в который раз поймал себя на мысли, что выражается чересчур вычурно: хорошее образование всё-таки иногда мешает жить.

Компьютер напечатал:

JCL EMULATOR> GO

GO.SYSIN DD //

– после чего пронзительно запищал.

– Всё, - вздохнул Иннокентий Игоревич.
– Код передан на спутник.

Яна снова подняла пистолетик, и, почти не целясь, выстрелила ещё раз.

Российская Федерация, Москва.

В этот вечер Ильяс опять заявился обкуренный. Инга боялась этого больше всего: в таком состоянии Ильяс становился настоящим зверем и обязательно делал ей больно. Однажды в таком состоянии он прижёг ей клитор сигаретой. Потом он возил её в больницу, платил какие-то деньги, но всё это было уже потом. В другой раз он нассал на пол в уборной и заставил вылизывать языком - хорошо хоть, быстро опомнился. Чаще всего, однако, он её просто бил, жестоко и умело. Ильяс вообще очень хорошо умел бить.

Конечно, жить с Ильясом было стрёмно. Но Ингу судьба тащила п...ой по кочкам уже не первых год. Пожалуй, с самого девяноста третьего. Она тогда была сопливой провинциалкой, попавшей в кипящий московский котёл, как кур в ощип.

Какое-то время она кантовалась с азерботами, промышлявшими на оптовом рынке. Они были, в общем, неплохими людьми, вполне согласными на нехитрый натуральный обмен: жильё и еда за готовку, уборку, и всяческое употребление по женской части. Инга сначала не имела ничего против - чего-чего, а этого добра у неё было завались, мужиков она любила. Но после того, как кавказские орлы завели обычай использовать её в качестве презента для всяких уважаемых людей, Инга сообразила, что ничем хорошим это не кончится: или чей-нибудь обрезанный клюв подарит ей сифак или гонорею, или накурившаяся компания когда-нибудь очень сильно её поуродует. Так и получилось: в один далеко не прекрасный вечер развеселившиеся азеры разложили Ингу на столе, и, после обычного перепихона, начали тушить ей сигареты о соски и засовывать во влагалище пузырёк из-под шампуня. Инга старалась вести себя тихо, хотя искусала себе губы до крови: было понятно, что, стоит закричать, как они её свяжут, после чего начнут куражиться по-настоящему. Тогда ей, впрочем, подфартило: зазвонил телефон, и всей команде пришлось срочно уматывать - решать какие-то вопросы. Она еле выдернула из себя этот проклятый шампунь.